Дом Старого Шляпа

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дом Старого Шляпа » Игровой стол » Аллюр-22


Аллюр-22

Сообщений 1 страница 30 из 150

1

Тема: Жизнь среди смерти
http://s8.uploads.ru/t/SZTMh.jpg
Куратор Rin 21
Сроки написания: с 14.11.19 по 19.11.19
Голосование: с 20.11.19 по 24.11.19
Условие голосования - у каждого есть ТРИ балла, и каждый сам ими распоряжается, как пожелает.
Авторы присылают работы куратору, работы выставляются по окончанию срока приема. Авторство во время игры не раскрывается. Авторам голосовать за себя можно, но куратор эти голоса не засчитывает. Авторы голосуют обязательно.
Задание: написать рассказ согласно темы. Жанр и размер на усмотрение автора.
Количество работ от одного автора неограниченно.

Отредактировано Rin 21 (2019-11-24 08:10:24)

+2

2

Для работ:

Работа №1:

Трактир

Майя  поежилась. Было очень холодно, закоченевшими пальцами она провела по лицу и сгребла налипшие мокрые волосы. Открыла глаза. Низкое серое небо,  вспаханное поле и она. Одна в этой промозглости и грязи. Майя медленно села, её трясло от холода, ситцевая ночнушка, насквозь пропитанная влагой и изрядно запачканная грязью – это все, что было на ней из одежды. Озираясь в поисках хоть какой-то зацепки – где она Майя поднялась, и осторожно ступая босыми ногами по размокшим комьям земли пошла вперёд. Ориентироваться было не на что, серость окутывала всё кругом, не видно было даже солнца, но там впереди ей казалось было чуточку светлее. Согнувшись в три погибели и содрогаясь от мелкой дрожжи, Майя брела, осознавая, что если она не будет двигаться – то погибнет в этой грязи. Больше никакие мысли девушке в голову не приходили, только пульсировало в висках: «Надо идти, идти, идти…»
Серость немного расступилась, и Майя увидела впереди черную крышу. Это придало ей сил, хоть ускориться особо не получалось,  она даже позвала на помощь с надеждой, что её услышат.
Вспаханное поле  перетекло в луг с высокой травой,  жесткий сухостой больно царапал ноги, в подошвы впивались колючки, подол ночной рубашки цеплялся и трещал, грозясь порваться. Майя заметила укатанную дорогу и побрела по ней к спасительному зданию. И вот обогнув  дом, она нерешительно застыла у порога, прочитав вывеску; «Трактир Адмирал».  Из-за массивной деревянной двери до неё доносились громкие, бурно спорящие  мужские голоса, ей было неловко появляться в таком виде в трактире, но и другого выбора больше не было.
Преодолев стыдливое чувство, Майя отворила тяжелую дверь и шагнула за порог. Внутри большая часть зала была погружена в темноту, неровным желтоватым светом освещалась от свечей барная стойка и  продолговатый стол неподалеку. За столом сидело четверо мужчин, трое из них шумели и бранились, а четвертый,  кривясь брезгливо и хмурясь, наблюдал за ними. Скрестив руки прикрывая очертания груди, Майя сделала шаг  вперед – к теплу, от двери за спиной сильно тянуло холодом. Её заметил  мужчина за барной стойкой,  он спешно  вышел навстречу гостье, попутно прихватил из темного угла синее шерстяное одеяло.
- Здравствуйте. Проходите, проходите. Вот, укутайтесь.
Мужчина бережно накинул одеяло на плечи девушки.
- Здравствуйте, - тихо проговорила Майя, - вы меня извините, но мне больше некуда идти.
Угнетающее предчувствие плохого надавило на её сознание, и она беспокойно заозиралась.
- Пойдемте я вас чаем напою, - пригласил мужчина.
Они прошли к столику рядом с постояльцами, пиршествующие даже не обращали внимания на вновь прибывшую. Хозяин трактира уже суетился у печки наливая чай. Майя, кутаясь в одеяло, рассматривала его. Он был одет в солдатскую форму военного времени, может под интерьер трактира? Хотя название «Адмирал» больше морское, она посмотрела на мужиков, они были в обычных одеждах, её внимание отвлек на себя хозяин трактира, принеся чай и пару пирожков на тарелке.
- Приятного аппетита, согревайтесь.
- Я не смогу вам заплатить, - пролепетала Майя.
- Сможете, - улыбнулся мужчина, - но даже не переживайте об этом. Как вас зовут?
- У меня нет денег, - съёжилась Майя, - вообще ничего нет.
Майя тяжело вздохнула, испугавшись своей мысли о том, что может этот человек потребовать с неё в уплату.
- Майя, - выдохнула она своё имя.
- Пейте чай, согревайтесь! – улыбнулся ей трактирщик.
Лицо было у него было располагающим, глаза добрыми. Майя ответила ему улыбкой и прикоснулась к стакану с чаем озябшими пальцами.  Сейчас этот горячий стакан с чаем был для неё самым приятным источником тепла.
- Я так замерзла, - прошептала она, отпив глоток.
- Это хорошо, - уже с серьезным видом ответил ей трактирщик.
Майя удивленно взглянула на него.
- Батя, повтори! – раздалось с соседнего столика.
Трактирщик кивнул в ответ и,  похлопав по-отечески по плечу девушки, пошагал за барную стойку.
- Что же хорошего? – проговорила она, не понимая, почему замерзать хорошо, и проводила взглядом Батю. Отпив ещё глоток обжигающего чая, она, ощущая тепло, согревающее её изнутри, стала разглядывать шумных постояльцев.
Её взгляд завис на молчаливом парне. Её дыхание участилось, Майя отставила стакан и сжав кулаки всматривалась в лицо сидящего. Тот словно почувствовав взгляд, повернулся к девушке. Воспоминания острым ножом прорезали сознание Майи. Вскрикнув, она бросилась к парню:
- Кирилл! Где она! Где моя дочь!
Майя вцепилась в руку парня, одеяло с неё спало, но ей было все равно. Она кричала и тормошила Кирилла, тот её оттолкнул, и занёс руку для удара.
- А тварь! Ты и тут меня достала!
-  Стоять! – грозный и властный голос Бати ударил хлыстом.
Трактирщик схватил за шиворот парня и с силой усадил его на место. Майя опять бросилась на него. Но Батя перехватил девушку.
- Пустите, он! Он забрал мою дочь!
- Тише, тише, - Батя приобнял Майю, - нет тут дочки твоей. Успокойся, слышишь? – он заглянул в глаза девушки.
- А где она? – истерично всхлипнув, пролепетала Майя.
- Я тут, он тут. Я… - Майя провела руками по грязной сорочке, - он… – указала на его приличный вид.
Кирилл выкрикивал ругательства, но его сдерживали собутыльники. Батя укоризненно покачал головой, усадил Майю на место.
- Майя, послушай, не надо паники. Время на исходе, скоро ты вернёшься домой, к своей дочке.
Девушка, услышав за дочку, перестала вырываться и внимательно посмотрела на трактирщика.
- Мне надо домой! – вскрикнула она. – Катя там одна. Моя маленькая девочка там одна.
- Послушай меня внимательно, - Батя серьезно смотрел в заплаканные глаза Майи, - ничего не бойся. Ни тут, ни там. Тут ты гость, не твоё это место.
Трактирщик обернулся к Кириллу:
- А ты не хами, а попроси лучше прощения, пока у тебя есть такая возможность!
Кирилл показал жест через локоть в ответ.
И тут из стен выползли четыре темные тени, они сползлись к столику, где мужики удерживали бушующего Кирилла, поднялись в их рост и стали обволакивать каждого.
- Что происходит? – ошарашено выдохнула Майя.
- За их душами пришли, - спокойно ответил трактирщик, - тебе пора.
- Какими душами? – осознавая, переспросила Майя.
Батя согласно кивнул ей, и снова приветливо улыбнулся.
- Да, тут перевалочный пункт, они мертвы.
- Это я, - ахнула Майя, с ужасом смотря на поглощаемого тьмой Кирилла.
Схватившись за голову, она нервно всхлипнула и, теряя сознание, успела ещё услышать слова Бати.
- Все у тебя будет хорошо. И помяни иногда раба Божьего Александра.
Майя очнулась дома на полу, её трёхлетняя дочь плакала рядом, ползая между нею и её бывшим супругом Кириллом. Скривившись от боли, Майя прижала дочку к себе.
- Все хорошо милая, не плачь, мама с тобой. Никто тебя у меня не отберет.
Постанывая она поднялась с пола,  обреченно посмотрела на бывшего.
- Прости, Кирилл. Катюша прости маму, о боже... я просто защищалась. Не плачь, родная. Зачем ты пришел! Надо вызвать полицию. О Боже!
«Ничего не бойся» - прозвучали снова слова Бати в голове девушки. Она, набирая номер 112 и прижав мобильник к уху, инстинктивно посмотрела вверх.
- Я буду помнить тебя, Александр.

Работа №2:

Фонари, опустели улицы. Ночь медленно опускалась на город, зажигались запоздалые машины сонно волочились по своему пути, то тут, то там в окнах гас свет. Она стояла у окна, держа в руках бокал вина, всматривалась в темноту переулка, вслушивалась в тишину. Ее мысли блуждали в прошлом, в несбыточных мечтах, не свершенных поступках, то, что могло бы случиться, но не произошло. Возможно и по ее вине, мы каждый сами делаем свой выбор, создаем свою судьбу, а может в этом была не только ее вина и она судорожно хваталась за эту мысль, ища себе оправдание.
Стук по мостовой, словно колокол, отразился в сознании женщины, выводя ее из раздумий. Обведя глазами переулок, она остановилась на темном пятне.
Оно  двигалось в направлении к ее дому, стук приближался. Вот он показался из-за угла, монотонный звук ударов тростью по асфальту. В сердце что-то щелкнуло, переломилось. Проснулось дикое желание бросить все и идти за ним, куда-бы он не шел. Женщина выбежала в прихожую, накинула на себя плащ; дверной пролет, лестница, подъезд, переулок. Она остановилась, свет фонаря, так предательски бивший ей в лицо. Обежала взглядом переулок. Тень мелькнула и скрылась за углом. Женщина завернулась в длинный плащ, накинула капюшон и последовала за ним. Незнакомец останавливался, оборачивался, как будто ожидал ее, желал, чтобы она следовала за ним. Позади, остался сонный город, кончилась дорога. Она шла быстро и уверенно, не проронив и слова. Приходилось переходить на бег, незнакомец ускорял шаг и шел все быстрее и быстрее, одно время ей показалось, что он не идет, а парит в воздухе, перелетая с одного места на другое. Женщина остановилась, потерла глаза, но видение не исчезло, а повисло в воздухе, и она двинулась за ним. Они отдалялись все дальше и дальше от города. Наконец незнакомец остановился, Кристина не отводила от него взгляда.
- Ты дома, тебе туда, - сказал незнакомец, указав путь он исчез.
- Постойте не исчезайте! Кто вы!? Дома, Я не ослышалась, вы сказали дома!? Но это не мой дом.
Ее окутала тьма; пустота, одиночество.
- Не бойся, иди вперед. Ты дома – Кристина! - откликнулось эхо.
Он сказал Кристина, откуда он знает мое имя.
Постой, ответь на мои вопросы!
«Прекрасно, теперь я в полном одиночестве. Он сказал идти вперед. Ну, так. Идем вперед!»
Она шла по рытвинам и колдобинам, спотыкаясь и падая, вспоминая хорошим словом тех, кто придумал такие дороги, верней полное отсутствие дорог, вернуться назад. Куда? Везде одно, и тоже - тьма, пустота.
Неужели это, свет! – Кристина, не веря своим глазам, подалась вперед. Факелы на обочине освещали тропинку. Молодая женщина остановилась перед аркой, выложенной из кирпича.
«Там, за аркой светит солнце, а тут тьма. Там щебечут птицы, а тут тишина. Там зеленеет трава, и цветут луга, а тут пустота. Я дома, почему он сказал так?»
Кристина замерла: «Принять решение, как сложно, почему я опять должна делать это?!»
Обернулась назад – тьма, пустота. Вздохнула и шагнула вперед, в мир, где светит солнце и поют птицы.
До боли знакомая улица, сельские дома, палисадники с цветами. Веревки, развешенное белье. Знакомые запахи цветения, скошенной травы, парного молока.
Родная калитка, терпкий запах цветущей сирени. Весна, а в том мире осень. Слякотная, дождливая, капризная осень. Кристина подошла к калитке, отодвинула засов, та будто узнала родные руки и приветливо заскрипела. Кристина вошла, тропинка из кирпичей тянулась от калитки к дому. Так было, когда она была маленькой и юной, а потом ее заасфальтировали, прогресс, новые технологии.
К ней подбежал Малыш и весело завилял хвостом, приветствуя хозяйку.
«Как долго я не была тут», - подумала Кристина, пытаясь сдерживать слезы и подступивший комок к горлу. Она зашагала по тропинке, а впереди бежал Малыш, повиливая хвостом.
Кристина в нерешительности остановилась перед дверью, потом все-таки подняла дрожащую руку, чтобы постучать, но испугалась и прижала ее к губам.
- Кто там!? – ответил родной голос.
- Это я бабушка, Кристина, - срывающимся голосом ответила она, - Я дома.
- Кристина, заходи же внученька, заходи!
Кристина вошла в дом, остановилась на пороге, аромат печева ударил в нос. Бабушка все такая же, как она ее помнила, вся в хлопотах.
- Ну, что ты там мнешься, словно не родная, ну же проходи, - стол ломился от бабушкиной стряпни, - садись за стол, чайку выпьем. Скоро и родные пожалуют.
Кристина медленно прошла к столу, села. Бабушка все кружила вокруг стола, хлопотала.
- Вот, вроде бы ничего не забыла, - отодвинула стул, присела напротив внучки. Подливая ей чай спросила: - Ну, как ты деточка, как поживаешь?
- Хорошо бабушка, - ответила она, опустив голову.
- Славно, а ты пей, пей чай, что же ты сидишь как не родная, - бери булочки, блинчики, ты же их так любила.
- Я пью, пью, - ответила Кристина, но в горло и кусок не лез. – А как вы тут поживаете бабушка?
- Да все хорошо не волнуйся, что нам, тут делить нечего.
Знакомые голоса, скрип калитки, тихие шаги.
Сердце Кристины замерло в ожидании: «Я умерла, - мелькнуло в ее голове, - чему тут удивляться, давно бы могла к этому привыкнуть, наша медицина», - усмехнулась Кристина.
Дверь открылась, веселая компания ввалилась в дом.
Бабушка вокруг них засуетилась, забегала. За стол усадила, яствами угощала.
- А у нас гостья, - неожиданно, сказала она, - Кристина к нам пожаловала.
«Вопросы, вопросы, их ни счесть, каждый хотел меня о чем-то спросить. Я почему-то всегда считала, что там, на небе, все обо всем знают, но оказалось это не так».
- Ты умерла! – прозвучал звонкий голос черноволосого мальчика с длинными ресницами и жгучими черными глазами.
- Петр! - отдернула его тетушка, бросив на него суровый взгляд.
- Кажется да, - вздохнула Кристина, - думаю я здесь навсегда.
Родные проболтали до поздней ночи.
- Совсем девочку замучили, - вступилась бабушка, - идем, я тебе твою кровать застелю.
«Жизнь среди мертвых, тихая, спокойная, размеренная. Никто никуда не спешит, ты здесь навсегда, навечно».
День сменяет ночь, ночь сменяет день. Время в мире мертвых течет также, только никто его не замечает. 
«Сколько я тут, - задумалась Кристина, - месяц два, зачем я об этом думаю, даже если бы я хотела вернуться назад, но это не возможно, ведь я мертва, мое место среди них».
Кристина в детстве рисовала и неплохо. Наведавшись в кладовую, она нашла свой старый альбом. Райские поля, отдушина для мертвых. Удобней устроившись под деревом, Кристина взяла в руки грифельный карандаш и принялась рисовать.
«Что же заставило бросить меня заниматься этим, - вспоминала она, - помню, был конкурс. Я и мальчик, тогда мы заняли первое место, но выбрали его и дали ему приз и грамоту, а меня наградили вторым. Со словами, я помню, - горько подумала Кристина, - ты же девочка, в будущем тебе это не нужно, ты не станешь художницей. Я рисовала лошадей, они скакали на меня, белая и черная, а позади жеребенок. Он рисовал фантастику, банально - усмехнулась Кристина. Я проиграла тарелкам на ножках и оранжевому пейзажу».
- Кристина, - кто-то окликнул ее шепотом.
Она обернулась, - Петр!
- Идем за мной, идем! – помахал он ей рукой.
Кристина поднялась с земли и последовала за братом. Миновав поля, они оказались в пустынном месте, которое обволакивал туман. Холодный ветер пробирал до костей, Кристина сжалась от холода в своем летнем платьице.
- Что это за место? – спросила Катрина, дрожа и стуча зубами.
- Ха! – усмехнулся Петр, - ты же мертвая, как же ты ощущаешь холод. Мертвые не чувствуют, нам не холодно, не больно, не грустно, не весело.
- Но…
- Все что ты видишь фарс Кристина, мы трупы, холодные бездушные трупы, а ты… Тебе, весело и в тот же момент грустно, больно и весело, от того что ты с нами. А мы! Мы просто притворяемся, играем в жизнь. Видишь вон тот колодец, - указал он рукой, - это колодец жизни, только живой может заглянуть туда. Мертвым запрещено. Загляни туда, что ты теряешь, и ты поймешь, что ты жива. Тебе нечего делать тут среди нас, среди мертвых, бездушных, - голос мальчика сорвался в крик. Загляни!!!
Словно что-то подталкивало Кристину туда, манило, тянуло. Она подошла к колодцу, оглянулась, Петр стоял поодаль, опустив голову.
- Кристина, когда ты заглянешь в колодец, ты забудешь обо мне, да я знаю. Ты не первая.
- Я не первая! Был кто-то еще заглянувший в колодец?
- Да был, - грустно ответил Петр, - и он ушел, он забыл обо мне, даже не вспоминал. Когда о нас вспоминают живые, в поле расцветает новый цветок. Незабудку мы выбрали вместе, но с тех пор не распустился не один цветок. Ну же гляди уже в свой колодец!
Петр отвернулся, и Катрин показалось, что на его щеке блеснула слеза.
Колодец жизни, Катрин с опаской подошла к нему, перекрестилась дрожащей рукой и заглянула в колодец…
- Ты что-то там видела!? Что, ну скажи! – Петр бегал вокруг Кристины и заглядывал ей в глаза.
Всю дорогу назад Кристина шла задумчиво, опустив голову. Все увиденное и услышанное в колодце было только для нее. В этот вечер не так был вкусен ужин, и не сладок сон. По дому хлопотала бабушка, родичи не появлялись со вчерашнего вечера, даже Петр куда-то подевался. Кристина задумчиво ходила по дому, наконец, решилась выйти прогуляться в садах.
- Не стоит, - остановила ее бабушка.
- Но почему? – Кристина вернулась за стол, - И куда все подевались, кругом тишина?!
- Ты заглянула в колодец жизни. Петр отвел тебя к нему. Я заметила, что ты о ком-то грустишь, скучаешь. Родные бы очень хотели, чтобы ты осталась с нами, но ты должна сама сделать выбор, а мы должны тебе его предоставить. Ты все видела. Живое к живому, мертвое к мертвому. Нет, живому жизни среди мертвых, мертвому место в сердце среди живых. Я рада, что увидела тебя внученька, но всему свое время, мы все дождемся тебя, ты вернешься, когда придет твой срок, не торопись. Мы живы в сердцах, пока о нас помнят, пока мы нужны кому-то, знай об этом.
- Я хочу попрощаться с ними, - Кристина больше не могла сдерживать слез и ревела, как девчонка.
- Они здесь, но они тебя не видят и не слышат. Ты уже перешла черту. Тебе пора, где калитка ты знаешь, он тебя проводит.
Скрип деревянной калитки, отдаляющийся образ бабушки стоящей на крыльце дома, останется в памяти сердца еще много лет.
Выйдя за калитку, Кристина, оказалась в пустоте и темноте и больше не знала, куда ей идти.
Он появился неоткуда, незнакомец с тростью в руке.
- Иди за мной, - сказал он глухим голосом.
Кристина шла молча не проронила и слова.
На обочине было темно, а тропа светилась светом. Он шел впереди, незнакомец в длинном черном плаще, его лицо скрывал капюшон, постукивая тростью в такт шагам.
«Неужели это смерть, - по телу пробежал холодок, - она сделала ошибку. Нет, нет, - отогнала она от себя эту мысль, - смерть не делает ошибок и тем более не исправляет их».
Незнакомец ускорил шаг, и Кристине пришлось бежать за ним.
- Пришли, - резко остановился он, - иди к тому свету. Помни, что обещала, не забывай. Я буду ждать тебя.
Свет фонаря бил Кристине в глаза ослепляя ее. Она шагнула к двери, но в последний момент обернулась.
- Это ты! – вскрикнула Кристина, и дверь за ней захлопнулась.
Кристина очнулась в палате окутанная трубочками как проводами. Сбоку, свернувшись калачиком, спала маленькая девочка.
- Арина, - улыбнулась Кристина, - мой маленький человечек, вот по кому я скучала в мире мертвых, почему же я забыла о ней. Моя память, я помню каждый день, что провела там. Незабудки, на могиле Питера, цвели незабудки, кто-то приходил, поливал их, а потом…
Девочка пошевелилась и присела, потерла кулачками глаза, открыла их. Улыбнулась, потянула к Кристине маленькие ручки, и эта улыбка растопила все ее невзгоды.
Жизнь среди мертвых, научила Кристину ценить свою жизнь, не для себя, а хотя-бы для тех, кто нуждается в ней. Кристина стояла возле могилы Питера, теперь вновь на ней цвели незабудки.
- Кх, кх, вы Кристина.
Она обернулась. Перед ней стоял высокий светловолосый мужчина лет тридцати с незабудками в руках.
- Извините, я Павел, мне Питер рассказывал о вас. Я вас так и представлял. Я давно не был тут. Он наверно обижается, - мужчина подошел к могиле и присел возле нее. Проведя рукой по цветам, он сказал, - незабудки, это наши цветы, мы договорились в том мире, чтобы не забывать друг о друге.
- Вы не забыли.
- Нет, я помню каждую минуту той жизни, в мире мертвых. Я принял решение и отомстил за друга…
В воздухе повисло молчание.
- И, между прочим, мы с вами знакомы Кристина, - прервал тишину Павел, - Вы не помните рыжего веснушчатого мальчишку, жившего на вашей улице, а мы ведь с вами дружили, пока мы не переехали и были неплохими друзьями.
- Да помню, это были вы, - улыбнулась Кристина.
- Да это был я, маленький, рыжий и несуразный. Предлагаю наши воспоминания подкрепить чашечкой кофе.

Работа №3:

Стемнело неожиданно быстро, но почти сразу моргнули и стали медленно разгораться электрические фонари. Улица преобразилась под их желтоватым светом. Да, это Чикаго, а не какой-нибудь крысятник! Гарри занимал телефонную будку, старательно делая вид, что ведет разговор. На самом деле он прятал под плащом автомат и поджидал людей дона Черри. Сегодня они должны взять кассу подпольного магазинчика, торгующего крепким спиртным, так дон Черри конкурировал с другими бандитами на рынке бутлегерства. И Гарри решил, что честь дона не пострадает, если до него не дойдут деньги. В самом деле, цель налета на магазин - физическое его устранение, а полученные из его кассы средства, всего лишь приятный но второстепенный бонус.
Около семи вечера подъехало два серых "Бьюика". Из первого вышло трое, из второго - двое. Все пятеро были исполнителями дона Черри. Оглядев улицу, гангстеры неспеша поднялись по ступенькам кафе, в подвале которого находился запрещенный магазин. Гарри напрягся и крепче сжал рифленую рукоять автомата. План был прост: подкараулить убийц на выходе, добить, и с деньгами пробежать до машины, припаркованной в соседнем квартале. Все просто!  Только если....  от этого "если" у Гарри потели подмышки и подгибались колени.
Выстрелов он не услышал, только немногочисленные посетители кафе вдруг побежали из помещения. За ними скорым шагом вышло двое гангстеров. Двое! И один нес в руке большой холщовый мешок. Гарри понял: сейчас или никогда! Он рванул затвор автомата и выскочил из телефонной будки. "Томпсон" деловито скосил обоих исполнителей дона Черри. Второй очередью Гарри сквозь лобовое стекло пришил к сидению водителя первого "Бьюика". Со вторым пришлось повозиться - парень перелез на пассажирское сидение и попытался удрать. Гарри сделал рывок и дал очередь по убегающему, зацепив нескольких случайных прохожих. Сожалеть было некогда. Отбросив тяжелый автомат, он схватил мешок и побежал к своей машине. Внезапно он услыхал вой полицейской сирены, к его ужасу копы ехали как раз оттуда, где Гарри запарковал машину. Обезумев от страха, он развернулся и со всех ног бросился в противоположную сторону, подальше от пугающей сирены.
Ему повезло - навстречу не попался ни один из полицейских. Добежав до каменной ограды, Гарри перекинул мешок и подтянувшись на руках, ухнул сам в темную тишину городского кладбища. Подобрав ношу, он скорым шагом прошел вглубь, натыкаясь в темноте на надгробия и кресты.  Вконец измучавшись, он добрался до полуразрушенного склепа. Надавив на дверь, он отжал её и проник внутрь. Некоторое время Гарри переводил дух, пытаясь унять бешено  колотившееся сердце, затем прислушался. Снаружи послышались шаги, и в щели приоткрытой двери замерцал свет. Гарри на цыпочках прокрался ко входу, на ходу вынимая из кармана пиджака опасную бритву: все деньги он потратил на автомат и достать револьвер или даже нож уже было не на что.
Шаги приближались и дверь склепа отворилась, пропуская существо с керосиновым фонарем в руке. Гарри не отдавал себе отчет, что вошедший не очень-то и похож на человека, хотя и имел две руки, две ноги и голову. Гуманоида покрывала седая шерсть, под которой местами виднелись клочья одежды. Гарри шагнул к нему за спину и резким движением провел лезвием там, где у человека должно быть горло. Чудовище засипело и задергалось. Фонарь выпал из его руки, освещая темную струю, брызнувшую на стену. Гарри выронил бритву и выбежал вон...
***
Утро нашло Гарри в зарослях тёрна. С трудом распрямившись, он вылез из колючих ветвей и огляделся. Что-то изменилось вокруг, но Гарри не мог понять что. Надгробия, кресты, могилы. Кладбище простиралось во все стороны, куда не брось взгляд. И тут его осенило - не было каменной ограды и высотных домов Чикаго! Вообще ничего не было, кроме могил.
- Шон! Шо-он, где ты?
Услыхав крик, Гарри вздрогнул и обернулся.
- Шон, пора за работу, бездельник! - на дорожке, отсыпанной розовым гравием стояла фигура в черном балахоне. За ней Гарри увидел телегу, наполненную телами.
- Шон! - фигура подняла руку, указывая белым пальцем на Гарри.
- Вы... я... Я не Шон, - пробормотал он. Ему вдруг очень захотелось смыться, но каким-то шестым чувством Гарри понимал, что ничего не выйдет.
- Теперь Шон, - объявила фигура. - Есть работа, Шон. Я привезла покойников, их надо обустроить. Займись!
Она толкнула тележку, и та прокатилась по дорожке, остановившись рядом с Гарри. В ней лежали тела разных, незнакомых Гарри людей.
- Почему, я? - пробормотал он.
- Ты единственный живой Шон, - донеслось в ответ с легким смешком, - после того, как освободил старого Шона.
Гарри еще раз оглянулся. На кладбище царили безмолвие и одиночество.

Работа №4:

Джейк, пилот небольшого межгалактического корабля зарабатывал на жизнь частными почтовыми и пассажирскими перевозками. Недавно его разыскал земной представитель Ассоциации Разумных рас. Им срочно требовалось отправить домой важного гостя из системы Проксима Центавра.
***
Гость был настолько важный, что переоборудование двух смежных кают под негуманоида включили в стоимость поездки. Более того, все работы провели сверхурочно, качественно, в течение пяти часов. Точно в назначенное время к кораблю подошел вездеход, из которого выгрузились три человека в легких комбинезонах с кислородными масками и пассажир-юггеррянин. Этот, естественно, был в усиленном скафандре.  Из лифта инопланетянин прошел сразу в каюту, а землянин передал Джейку сопровождающие бумаги и, сняв кислородную маску, еще раз произнес несколько пафосные слова о том, как важно для Земли установить дружественные отношения с Юггеррой, что на капитана ложится бремя ответственности… он всеми силами… должен… обязан… оправдает… Все это космонавт слышал еще вчера.
После этого, чиновник, оглянувшись, негромко произнес:
- Хорошо, что вам не придется общаться с ним непосредственно. Все-таки, эти юггерряне очень странные существа. Но запомните – от его благополучной доставки, в самом деле, зависит будущее наших отношений. Тем более, это то ли жена, то ли дочь главы их посольства. Мы так и не поняли, почему потребовалось срочно отправить ее домой. И еще… Мы работаем в этой расой недавно, многое о них еще не знаем. Имейте ввиду, есть предположение, что между собой они общаются телепатически.
Вывалив все эти сведения, он попрощался, спустился вниз и еще раз помахал из вездехода.
Старт, разгон до крейсерской скорости, споры с бортовым ПК насчет обеденного меню заняли определенное время, когда Джейк почти не вспоминал о пассажире. Обеспечение его каюты было автономным, роли повара-камердинера-горничной не входили в обязанности капитана.
Несколько раз он включал камеры наблюдения – все было в порядке, даже стартовые перегрузки он перенес без дополнительной амортизации. Юггеррянин в шлюзе перед каютой снял скафандр и рассекал по комнате в своем натуральном виде. Стало понятно, почему их прозвали «волосатиками». Массивное коренастое тело, кроме лица и внутренней стороны гибких конечностей, было покрыто длинными выростами, похожими на веревочки или тоненькие косички. «Конечно, зачем им одежда? - подумал Джейк, - И по каким признакам они определяют половую принадлежность? Ведь это, между прочим, она…» Внезапно, инопланетянка остановилась и подняла голову, взглянув прямо в объектив камеры. Странно, та была вмонтирована совершенно незаметно, но темные круглые глаза с кожистыми морщинистыми веками без ресниц смотрели точно в камеру. Создалось впечатление, что она видит не только объектив, но и самого капитана. Джейк отключился, испытывая непонятное смущение.
Несколько дней он включал эту камеру на короткое время, только для того, чтобы убедиться, что у пассажирки все в порядке. И каждый раз встречал внимательный взгляд. У него уже не оставалось сомнений - юггеррянка ощущала включение камеры, чувствовала присутствие постороннего. Капитан стал устраивать сеансы связи в определенное время, не желая заставать пассажирку врасплох. Чаще всего, в это время та сидела в низком непривычном подобии кресла. Две пары верхних конечностей держали разные предметы. Джейку, почему-то, представлялось, что это книги. Ну, их, инопланетянские. Странные, конечно.
Юггеррянка поднимала голову, встречалась взглядом с Джейком, затем снова занималась своими непонятными делами. И, вот, странное дело, спустя несколько дней, человек стал ощущать потребность в этих коротких свиданиях, испытывая после них чувство успокоения и тихой радости.
Однажды в урочный час в знакомом кресле пассажирки не оказалось. Выждав короткое время, капитан включил камеру в соседней комнате. Инопланетянка лежала на низкой кровати, свернувшись в углублении по центру. Она не шевельнулась, хотя Джейк был уверен, что она почувствовала его. На следующий день, с самого утра, его почти непреодолимо тянуло включить камеру.
Юггеррянка, как обычно, сидела в кресле и, как всегда, подняла взгляд. В этот раз она непривычно долго смотрела в объектив, и Джейку показалось, что ее лицо приобрело более темный оттенок, а кожа немного шелушилась. Кроме того, глаза… В самом деле они покрылись тонким слоем слизи? Внезапно камера мигнула и отключилась.
Отладить связь удалось только к вечеру. Пассажирка опять лежала, явно не замечая «подглядывания». Утром капитан обнаружил ее в той же позе. И снова никакой реакции.
На следующее утро, увидев все ту же картину, Джейк решил действовать.
Несколько лет назад друзья подарили ему робота-разведчика. Маленький, похожий на детскую игрушку, аппарат был бесполезен на почтово-пассажирском судне. Кажется, теперь пришло его время.
Через шлюз, ловко перебирая суставчатыми ножками, робот пробрался в каюту, наполненную ядовитой для человека атмосферой. Как маленький оранжевый паучок, просеменил в спальню, остановился рядом с пассажиркой.
Небольшие камеры на гибких манипуляторах давали четкое панорамное изображение. Кожа инопланетянки была покрыта серыми шелушащимися струпьями, между плотно закрытыми веками проступала полоска подсохшей слизи. В приоткрытый безгубый рот неопрятно свешивалось несколько веревочек-косичек, дыхательная воронка безжизненно спалась, ее края сморщились и потемнели. Температура тела на семь с половиной градусов ниже нормальной. Юггеррянка была явно и безнадежно мертва.
Для форс-мажорных обстоятельств была предусмотрена экстренная связь. Дорогая, но надежная. Джейк отправил сообщение. Ответ пришел через семь часов. Похоже, на Земле случилась небольшая паника. Во всяком случае, капитан впервые видел орфографические ошибки в документе такого высокого уровня. Ему предписывалось лично удостовериться в смерти пассажирки. То есть, одевшись в скафандр, войти в каюту и это выяснить. «Будто и так непонятно», - пробурчал Джейк, прекрасно понимая, что такие действия, в самом деле, необходимы. При подтверждении смерти, тело следовало герметично упаковать и заморозить. В таком виде доставить по адресу. При этом, никто не удосужился объяснить, какой будет реакция встречающих.
Скафандр у космонавта, безусловно, был. Он любил выходить в пространство в свободное время. А его, во время перелетов, бывало предостаточно. Ну, и доходы позволяли иметь снарягу современную надежную и удобную.
Ничего нового в пассажирской каюте он не обнаружил. Оглядевшись, стал прикидывать, каким образом удобнее будет перевозить тело. Погрузочные тележки вряд ли пройдут в дверь, а вытаскивать вручную…
И внезапно с размаху сел в кресло, стоявшее около кровати. Ему не хотелось замораживать тело юггеррянки. Более того, откуда-то появилась уверенность, что его вообще не надо трогать. Вот так оставить все, как сейчас. Ей, кажется, удобно…
Джейк резко мотнул головой и немного убавил количество кислорода в дыхательной смеси. Странные мысли, похоже на кислородное отравление.
Следующие несколько дней капитан никак не мог решить, что же ему делать. Выполнить присланное распоряжение, или не трогать тело? Каждый день он включал камеру и пристально вглядывался в юггеррянку. Никаких признаков гниения не было. Наоборот, создавалось впечатление, что тело немного усыхает, мумифицируется. На третий день веревочки-косички стали более пушистыми. Они, как будто раскручивались, распускались на волоски. Еще через два дня они превратились в пушистое облако, укутавшее тело подобием шерстистого одеяла. А Джеймс окончательно решил не трогать умершую инопланетянку.
Межзвездные перелеты – штука небыстрая. Многие космонавты сокращали их, погружаясь в длительный сон. Нет, не анабиоз, просто сон на неделю, две, по выбору. Джейк редко использовал эти аппараты. Ему никогда не было скучно в космосе. Читать, смотреть фильмы, изучать историю других планет… Кроме того, у него имелась небольшая, но удобная мастерская. Там он возился с поделками из разнообразных инопланетных материалов. Рукодельничал с удовольствием, а результаты пользовались успехом у любителей редкостей.
Вот и нынешний полет проходил обычно и незаметно. Только каждый вечер, в одно и то же время, включалась камера.
***
Проснувшись посреди ночи, Джейк не мог понять причины своей тревоги. Никаких аварийных сигналов, никаких болезненных ощущений… В полусне он зачем-то включил камеру. Все, как всегда. Пушистый кокон юггеррянки неподвижно громоздился в центре кровати, неяркий свет не позволял рассмотреть неприятные подробности. Но беспокойство не унималось.
Внезапно показалось, что волосатая кучка шевельнулась. Капитан прильнул к экрану, только через некоторое время, сообразив включить яркий свет. Он отчетливо увидел, что волоски мертвой инопланетянки шевелятся, извиваясь и подрагивая. Вскоре он рассмотрел, что они укорачиваются, как бы втягиваясь внутрь кокона. На какое-то мгновенье перед ним оказался голый труп, как сито покрытый мелкими дырочками. Кожа, сухая и шелушащаяся, выглядела, как кора засохшего дерева. Затем она лопнула, осыпавшись мелкими коричневыми чешуйками. Существо, появившееся из мертвого тела, было совершенно не похоже на «волосатика».
Покрытое короткой золотистой шерсткой, оно, по-прежнему, имело шесть конечностей. Более стройное и подвижное – едва вылупившись, она вскочила на задние ножки и, крутанувшись, внимательно осмотрела все вокруг. Затем безошибочно нашла объектив камеры и, как обычно, уставилась прямо в глаза Джейку. Большими круглыми глазами с веками-диафрагмами. А тот восторженно рассматривал самую удивительную часть обновленной пассажирки. На спине у нее были крылья! Именно они, кожистые и перепончатые, придавали инопланетянке облик дракона. Хотя, конечно, не доставало хвоста.

Работа №5:

Бочкин жевал жвачку. Надо было  да-авным- давно сдать статью, но главред так его вчера нагнал, что уже ничего не хотелось. В голове крутились мстительные сюжеты.   Он, Бочкин, такой на ламборджини по ухабинам и р-раз!!  И главред по уши в грязи из колдобины.
-А ничего, что как-то с разных опер- ламборджини и заплаточный ремонт за мкадом?- ехидно в глубине  сознания пискнула совесть или что –то,  как оно называется..
Бочкин вдохнул. Ну,  колонку чем-то заполнить придется.. И опять полез в интернет.
*Катастрофы на дорогах России. Мощнейший взрыв в Тяньцзине*-наклацал он заголовок.
-А что, Тяньцзинь уже Россия? Завоеватель.. –опять запротестовал внутренний голос.
-Слушай, сдохни а?!-  разозлился на голос Бочкин
- Ну как знаешь..
«В Куйтунском районе Иркутской области сегодня произошла смертельная авария, водитель одной из машин, попавших в ДТП, пытался скрыться с места происшествия»
-Ну, произошла, и что? А эмоции? А привязать читателя, чтобы он, как сумашедший, бежал в киоск за следующим выпуском Вестника?-совесть, или как ее там, и не думала сдыхать, притворилась, окаянная, боссом и била по ушам изнутри его противным нудением
Стало чего-то совсем тоскливо.  Бочкин походил, выпил кофе, полюбовался осенним пейзажом. Окно редакции показывало туманный карандашный  набросок городского скверика.  Там было буднично пусто и мокро.
И тут вдруг  из парадного выплыл оранжевый плащ секретарь-референта Катеньки. Бочкин замер. Все мужчины почему-то замирали, когда Катенька появлялась в зоне видимости, и эта зона во мгновение  становилась  мертвой.  Исчезали звуки и краски вокнуг  Только ОНА.  Манящий запах духов, разрез на юбочке, кофточка с расстегнутой где надо пуговицей, и вся эта роскошь плавно двигалась, колыхалась, и не отпускала . И каблучки пульсировали в висках или где-то еще  ..А вдруг эта пуговичка вдруг да и  отвалится? И?
И Бочкин  в очередной поймался  в  интригующую сеть  мыслей  коллективного сознания.
«-Звезда. Instagram.Евгения Сметанина из Тамбова попала в аварию под Минском.»
Далее пошло в ход ужасающее описание летящих застежек, умопомрачительной ноги, которая выглядывала из салона разбитого авто, растрепанных прядей волос и учащенного дыхания, с ароматом весенних ландышей...
- Бочкин?! Ты обалдел?- вдруг громыхнуло над ухом. Глред поверх очков буравил его, и, казалось, что не звезда, а он сам, зажатый между монитором и нависшим неотвратимой глыбой над ним  боссом, неизбежно сейчас  улетит в небытие.
- Какая звезда, какие застежки, какие, мать твою, ландыши?????  Все, вали в отпуск! Приходи в себя, копи идеи.  А не то пойдешь версткой заниматься. Корреспондент недоделанный, что руки что мозги, в том  самом месте!  Иди уже,  Катя тебя оформит.
Бочкин томно вздохнул. Через  десять минут он уже сидел напротив Катеньки и глядел на пуговицу. Расстегнется или нет? А вдруг, а что   за ней там?
-Екатерина Семеновна , а не отметить ли нам с Вами такое событие вечером в кафе?- Бочкин бы не посмел, но это  был кто-то ТОТ самый, прячущийся внутри, правда, что обалдел он, что ли?
-А почему бы и нет,- сверкнула зубками Катенька.
И все закружилось каруселью красок, образов, сюжетов!
Бочкин долетел до рабочего места, махом нарисовал колонку, еще две про запас, щелкнул на принтер и понесся в кабинет шефа
-Однако… Гл ред выставил поверх очков удивленный взгляд. Умеешь же, когда захочешь!
-Надо их стимулировать,- пискнула совесть, покинувшая  Бочкинские глубины подсознания
- Как убил, понимаешь ли, и сразу-пряник! Пряник!
-А я все-таки гениальный руководитель,- подобрел Главред
-Ну нехай, согласилась совесть или что- то там. Вся равно  подумаешь так, как я захочу. А в Бочкине как-то неуютно пока, громко там, бьется все, орет, поет, бушует. Я уж пока в тебе посижу на сезончик, авось сработаемся!

Работа №6:

Как-то твёрдо лежать. Странно – вчера уснул в своей постели, а просыпаюсь – холодная земля. Приподнялся, осмотрелся по сторонам. Пещера какая-то. Люди, тоже в растерянности, смотрят, будто в первый раз здесь оказались, многие уже поднялись на ноги, щупают стены, словно не верят своим глазам. Пещера – и пещера, буду дальше спать. Уже было прилёг, но вспомнил, что здесь неудобно. Ладно – придётся вставать – не век же здесь сидеть. Отряхнул штаны – я что, прямо в одежде спал?
- А Вы не знаете, где мы? – подошла какая-то женщина, вся взбудораженная, будто решает вопрос жизни и смерти.
- Нет, я сам здесь в первый раз.
Она отошла спрашивать то же самое у важного вида дядьки с седоватой бородкой и в очках, похожего на профессора.
Десять человек нас тут – а ведут себя все примерно одинаково. Хорошо хоть, паниковать никто не начал. А, нет – начал. Начала. Молоденькая блондинка, судя по возрасту и одежде – студентка, села в позу эмбриона и зарыдала – аж плечи трясутся. Опросившая всех женщина, немного потоптавшись, подошла к ней успокаивать, опередив «профессора». Выход из пещерки только один – в темноту. Освещается, кстати, она откуда-то сверху, будто в потолок встроены источники мягкого света. А не задумаешься об этом – и не заметишь.
- Ну что, пошли? – обратился я ко всем.
Изумлённые взгляды. Даже «студентка» перестала реветь.
- Выход-то здесь – один. Без еды мы долго не протянем.
- И, что важнее, - воды, - заметил «профессор».
- Вас как зовут-то, молодой человек? – поинтересовалась женщина, что задала по паре вопросов уже каждому здесь.
- Вова. Владимир, - поправился я, поняв, что половина людей здесь намного старше меня.
- Ну ведите нас, Владимир, - она взяла «студентку» за руку, готовая идти. Ну да, собираться нам недолго – ни у кого нет ручной клади. Блондинка потянулась было к несуществующей сумочке, опомнилась и вместо нанесения макияжа просто вытерла слёзы.
Вышли мы из коридорчика почти тут же – вторая пещера оказалась больше первой, но особо здесь не разойдёшься – вода плещется у самых ног. Забавно – я думал, под землёй нет особого течения, а тут вода явно неспокойна. Будто море. Точнее – река, на той стороне угадывается второй берег, освещения достаточно. И к нам подплывает лодка.
Грёб к нам старик довольно долго. Наконец, дождались его.
- Садитесь, - скучающе махнул он рукой, - за перевоз – монетка.
- Любая? – поинтересовался я.
- Теперь уже – любая. Много их у вас развелось. Некоторые и вовсе не носят. Сидят – ждут, когда кто-нибудь добренький за них заплатит.
Блондинка, как и ещё пара человек, при его словах уже хотела было снова паниковать, но я поспешил успокоить:
- У меня на всех хватит, благо нас тут не пятьдесят человек.
Погрузились, отправились.
- Мы Вам так благодарны, – обратилась наша «мать Тереза» к перевозчику, - а как Вас зовут?
- Харон, - даже не повернулся.
Реакция на одни и те же вещи у людей разная. Женщина просто открыла рот, блондинка просто на всех непонимающе смотрела, «профессор» спросил:
- Тот самый?
- Я не знаю, про кого Вы, но наверно так и есть, - опять не обернувшись ответил он.
- А не подскажете ли название реки, по которой мы плывём? – всё не унимался очкарик.
- Стикс.
Вот тут-то и началась паника – у кого-то шумная, у других нет.
- Назад пути нет, - добавил Харон, и, как ни странно, это всех сколько-то успокоило.
Прошло немало времени – а мы всё плывём. Сюда он грёб и то быстрее.
Тут я заметил что-то…
- Подожди-ка, Харон, а что это по правому борту?
- Странно – всё больше людей его замечают…
- Что?
- Остров.
Вот про это я не слышал по легенде ничего.
- Ну, греби-ка туда.
- Не положено.
- А я тебе заплачу!
- Опять за всех?
- За всех, за всех, греби давай.
- Оплату вперёд.
Жадина.
Причалили. От избушки, что я заприметил, ещё когда подплывали, подошёл бородач, поздоровался.
- Рады вас встретить на единственном живом острове посреди этой мёртвой реки!
Действительно – растительность была только здесь, нигде до этого в пещере не встречал даже мха, а тут – трава, кустарники, деревья…
- Погодите, а что это за остров такой? – всё удивлялся «профессор».
- Да это я у Аида в карты желание выиграл, долгая история. Назад наверх нельзя было – вот я и пожелал себе остров жизни посреди всей этой смерти. Но недавно его стали замечать путники в царство мёртвых. Теперь нас тут уже немало. Боюсь, скоро придётся расширяться.
- Насыпи делать?
- Именно. А у Вас есть другое предложение?

Отредактировано Rin 21 (2019-11-19 23:32:23)

0

3

Рин, с почином! :)

0

4

А работа должна быть свежая? Или мона из бабушкиного сундука?

0

5

#p135711,Ави написал(а):

А работа должна быть свежая?

свежая, свежая!
Нефиг филонить!

0

6

#p135713,PlushBear написал(а):

свежая, свежая!

Нууууу!  :suspicious:

0

7

#p135711,Ави написал(а):

А работа должна быть свежая? Или мона из бабушкиного сундука?

Мона из сундучка - главное, чтобы её ранее никто в инете не видел. И чтобы теме подходила.

Отредактировано Shteler (2019-11-13 22:02:16)

0

8

#p135711,Ави написал(а):

А работа должна быть свежая? Или мона из бабушкиного сундука?

из сундука внеком

0

9

#p135713,PlushBear написал(а):

свежая, свежая!
Нефиг филонить!

#p135723,Ольга написал(а):

из сундука внеком

Смотрите моё сообщение выше. Тоже мне админы - уже правила забывают...

0

10

Объясните мне одну вещь - почему аллюр в списке активных тем не видно.

0

11

http://s7.uploads.ru/8i7FN.jpg
видно ащет

0

12

#p135914,PlushBear написал(а):
#p135904,Павел Михайлов написал(а):

Объясните мне одну вещь - почему аллюр в списке активных тем не видно.

видно ащет

Это стало видно - как Паша сюда написал.
Никто давно ничего не писал - вот и не видно. Забросили тему, по сравнению с.

Отредактировано Shteler (2019-11-15 13:58:51)

0

13

В копилке аллюра есть две работы.

0

14

#p136380,Rin 21 написал(а):

В копилке аллюра есть две работы.

Кажись, будет дуэль!
:D

0

15

Сегодня последний день приёма работ!

0

16

Ура! Даешь дуэль!

0

17

В 23:00 работы будут выложены.

0

18

https://forumstatic.ru/files/0018/1c/c9/88357.gif

0

19

Работы выставлены во втором сообщении. Читайте и голосуйте!

Отредактировано Rin 21 (2019-11-19 23:13:19)

0

20

шесть работ  http://s5.uploads.ru/t/D5UYX.gif

0

21

#p136893,Ольга написал(а):

шесть работ

Сам в шоке.

0

22

Богато, аднака! *нацепила очки на нос, сидит, читает*

0

23

Работа нумер 1.
Фанфик, почти по канону (в трактире не было печки, был камин)
Написан весьма описательно, но к сожалению, не раскрыто главное: почему Майя и Кирилл оказались в трактире. Автору это было не важно, о случившемся он упомянул вскользь. А зря!
Потому что фанфик должен рассказывать свою историю, пользуясь средствами канона(фендома). А тут своя история вышла невнятно.
Одно можно сказать: пойдет Майя по этапу за убийство.

Работа нумер 2
В первых же предложениях автор небрежен, словно неоднократно получал Путлицеровскую премию.
Что фонари? Машины зажигались? Точно? Апокалипсис и джаз!
Дикая немотивированность ГлавГера удручает. Увидела в окне пятно, услыхала стук трости и помчалась сломя голову. Куда? А, пофиг куда, лишь бы за ним!
Попала к мертвым. Ну, супер. Но почему-то захотелось обратно. Бывает. А там, оказалось, маленькая дочь! Как в первом рассказе. Прям шаблон: молодая красивая, но брошенная женщина с ребенком. Этакий эрзац мать-героини.
В этом рассказе, если подумать, можно найти закопанные мысли. Но подача очень слабая.

+1

24

Пока что прочитал работу номер 4. Она и понравилась. Соответствует моим представлением о рассказе.

Извините,  сам не отправил работу. Передумал о суициде писать.

+1

25

Проголосую, раз уж сам ничего не написал.
Один балл - третьей работе. Стереотипный, но добротный ужастик.
Один балл - четвёртой работе. Непонятным осталось, то ли произошёл метаморфоз, то ли внутри развился паразит, пожравший хозяина изнутри по принципу личинки наездника.
Один балл - пятой работе. Автор позабавил.
Как-то так.

+2

26

Сидю гадаю, осилю или нет?

https://poetov.net/upload/001/u148/d/9/pogadayu-na-kofeinoi-gusche-picture-normal.jpg

0

27

#p136940,Ави написал(а):

Сидю гадаю, осилю или нет?

Осилишь.

0

28

Обалдеть сколько слов! Весь смысл можно уложить в небольшое количество предложений? Что же так, словно манна по тарелке... Простите-е-е! Девочек бить не хорошо...) /убегаю "мелким бесом"/

Отредактировано Ави (2019-11-20 12:47:33)

0

29

#p135663,Rin 21 написал(а):

Работа №1:

Ни о чем. Закидушки есть, но на выходе - пшик.

#p135663,Rin 21 написал(а):

Работа №2:

Здесь даже и говорить неохота. Автор ни к кому из комментирующих его работы не хочет прислушаться. И из раза в раз делает одни и те же ошибки (стилистические, логические и т.п.)

#p135663,Rin 21 написал(а):

Работа №3:

Сырая. Пилить еще и пилить. Иэх.

#p135663,Rin 21 написал(а):

Работа №4:

Эта работа как французский луковый суп - одна луковица на ведро воды. Но автор плавал в собственное удовольствие. На "конфликт" не хватило ни сил, ни времени. А может еще кой-чего.

#p135663,Rin 21 написал(а):

Работа №5:

Ха! Ну это же совсем другое дело. Тонко.

#p135663,Rin 21 написал(а):

Работа №6:

Задумка понравилась. Исполнение так себе - самый цимес рассказа  автор тезисом выдал в третьей с конца реплике. Жаль.

Все три балла работе № 5

Отредактировано Диана Б. (2019-11-20 17:54:41)

+1

30

Мои три балл работам №№ 4; 5; и  6

+1


Вы здесь » Дом Старого Шляпа » Игровой стол » Аллюр-22