Две бесовки чинно прогуливались по кладбищу меж рядов надгробий и крестов. Ту, что была затянута до скрипа в кожаный костюм, звали Шельмой, а другую, в джинсе и огненно рыжую - Бестией.
- Знаешь, чо? - вдруг выпалила Бестия, притормозив у очередного памятника.
- Чо? - без энтузиазма эхом откликнулась Шельма.
- Ни чо! Скучна!
- Скука... смертная, - довольно улыбнулась Шельма. - Ходи и проникайся духом готики.
- Чтобы стать такой воблой? - фыркнула Бестия. - Обойдусь!
- Бесс, ты дура, - констатировала Шельма. - Кладбище - финальная точка существования большинства людей. Ты посмотри на эти эпитафии. На эти искусственные букетики... На эти слезы, наконец! - она возмущенно указала на рыдающую через ряд пожилую женщину.
- Ну... - Бестия почесала пятерней в шевелюре и дернула плечами, - все равно, скучна!
- Предложи занятие, - Шельма скрестила руки на груди.
- Давай, с другого конца знакомиться с людским родом?
- Родильный дом? - тонкие черные брови Шельмы возмущенно сложились домиками.
- Охота на мамаш! - хищно улыбнулась в ответ Бестия.
***
Лиза старалась выходить на улицу, когда никто из соседей не мог её увидеть, примерно, часов в одиннадцать утра. Работающие - разъезжались по работам, пенсионерки, вооружившись сумками на колесах - разбредались по продуктовым, те, что с палками - шли занимать бесконечные очереди в поликлиники.
Лиза беспрепятственно спускалась по лестнице и не спеша шла в парк, дышать воздухом и грустить. Положение будущей мамочки было тяжелым во всех смыслах:
во-первых, шла уже сороковая неделя её беременности (кто знает, тот поймет, со всеми вытекающими),во-вторых, её социальный статус - мать-одиночка. Да, будущий отец исчез, едва только услышал о том, что станет папой. Это так потрясло Лизу, что она была готова сделать аборт, но родители сумели отговорить и вернуть со съемной квартиры в отчий дом.  Теперь Лизе было стыдно. Стыдно перед всеми, за то что вот так всё вышло. В лицах соседей она искала усмешки, в тоне матери - упреки, во вздохах отца - сожаления. Поэтому она сторонилась людей и стремилась пребывать в одиночестве. городской парк к одиночеству очень располагал - днём он стоял практически пустым, лишь к вечеру начиналось оживление.
Лиза немного углубилась, пройдя по аллее к центру и присела на скамейку.
- Довольно глупая затея... - раздалось неожиданно рядом.
Лиза вздрогнула и обернулась. На другом краю скамейки сидела девушка в черном кожаном костюме и круглых солнцезащитных очках. Неестественная бледность незнакомки, заставила Лизу отчего-то занервничать:
- Простите... вы... ты... - она заколебалась, не решаясь определить возраст девушки или девочки, -  ты ко мне обращаешься?
Шельма обернулась и растянула губы в милой резиновой улыбке:
- К вам.
С нежным скрипом кожаных штанов, она поднялась на ноги и шагнув к Лизе, стала напротив:
- Глупая затея ходить на таком сроке одной, - негромко, но выговаривая каждую букву процедила бесовка.
Она подалась чуть вперед, заставив Лизу испуганно откинутся на спинку скамейки:
- В городе полно полудурков, -  вкрадчиво прошептала Шельма, - а вы вот-вот дадите новую жизнь.
- Что... что вам надо?!
Шельма выпрямилась и осмотрелась по сторонам:
- Я изучаю людей, - пояснила она, - их души... по-вашему, психологию. Моей сестре показалось скучным изучать людей с их конца, поэтому она предложила начать с начала жизненного пути. - Шельма нахмурилась и сжала кулаки в черных перчатках: - Довольно вздорное предложение... хотя и любопытное.
Она наклонила голову и взглянула на Лизу поверх очков. Та недоуменно встретилась взглядом с черными глазами бесовки и... ух-х! Мир завертелся перед глазами, а кто-то уже шарил по закоулкам памяти, просматривая воспоминания и бесцеремонно вскрывая то, что было уже забыто или почти забыто...
- Да, весьма занимательно, - услышала Лиза, когда пришла в себя.
Незнакомка опять сидела на краю скамейки, закинув ногу на ногу и обхватив колено руками.
- Мне не хорошо, - пролепетала Лиза с трудом поднимаясь. - Я... я пойду.
Она двинулась по аллее и с ужасом поняла, что страшная девушка пошла за ней следом.
"Сейчас я зайду в подъезд, - подумала Лиза, - и тут-то она меня и кокнет..."
Шельма неторопливо печатала высокими каблуками по асфальту, держа небольшую дистанцию. Лиза вдруг изменила путь и свернула на боковую дорожку, в тот же миг Шельма отчетливо щелкнула пальцами и...
- Вааааа! - перед Лизой выскочила размалеванная туземка в бусах из черепушек и парой костей в рыжей шевелюре.
- Аааааааа! - завопила Лиза, переходя на ультразвук. Людоедка, может и не выглядела особенно страшной, но эффект неожиданности, оскал и боевой раскрас сделали своё дело. Лиза отшатнулась и плюхнулась бы назад, но её подхватила Шельма:
- Ну как? - поинтересовалась она на ухо перепуганной Лизе. - Схватки уже начались?
Лиза в ответ только заревела. Отчаянно и безутешно, совершенно уже никого и ничего не стесняясь.
- А чо это она? - удивилась людоедка Бестия. - Рожать не будет, что ли?
- Плохо пугаешь, - огрызнулась Шельма, продолжая держать Лизу на весу. - Сильнее надо было, и вот тогда...
Она не договорила, потому что Лиза вдруг перестала рыдать и схватилась руками за живот:
- Ой... - произнесла она и подняла испуганные глаза на Бестию.
Та неуверенно улыбнулась:
- Чо? Пошло дело?
- Ма...мамочки...
- Пошло, - констатировала Шельма. - Звони в неотложку...
- Мне страшно! О-о-ой! - завыла Лиза и вцепилась мертвой хваткой в руку Шельмы.
- Не сы, ща будет всё, - угрюмо буркнула Бестия, выхватывая из воздуха допотопный аппарат с рукояткой вместо циферблата.
- Алле? Барышня? - басом рыкнула она в трубку. - Карету скорой помощи пожалуйста. Роды. Вот ты дура глухая! Ро-ды! У женщины. Записывай адрес...
Когда Лизу увезла скорая, сёстры присели на лавочку и перевели дух.
- Ну чо? - с энтузиазмом поинтересовалась Бестия. - Продолжим охоту? Прикольно они визжат, а потом рожать начинают, класс!
Шельма была на удивление задумчива, и даже некая тень улыбки блуждала по её губам, подведенным черным карандашом.
Она не спеша сняла очки и вытащила из кармана крохотный блокнотик. "Елизавета Степановна Коломенская, - нацарапала она, - Родильный дом №18. Общая палата №3"
- Надо будет навестит, - мурлыкнула она, - интересно, кто там всё-таки родился...