Дом Старого Шляпа

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дом Старого Шляпа » Истории из жизни » История путешествия в Россию


История путешествия в Россию

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Вспоминать и описывать тяжело. Но вы себе не представляете, как это быть свидетелем этих трагических событий.
Глаза и поступки детей - такие взрослые и такие искренние. Верящие в чудо и в то, что взрослые всё правильно сделают.
Хочу рассказать историю одной семьи, которую мы подобрали по пути следования.
С утра автобус выехал из леса, где мы пережидали артобстрел. И где почти над нашими головами проносились светящиеся снаряды катюш. Дорога была грунтовой, и поэтому автобус ехал не быстро. Где-то, через полчаса пути на дороге появился вооружённый че-ловек. Он сказал нашему водителю не спешить. В ближайшей станице идёт бой. Мы жда-ли, пока ополченцу позвонили. Он зашёл в автобус и сказал, что нацгвардия захватила станицу впереди, но через два часа ополченцы вернули станицу себе. Так же сказал, чтоб мы не останавливались и быстро проезжали вперёд к границе. Армия может опять атако-вать.
Посёлок был довольно большой,  но названия его я не знаю. Развалины домов начались сразу. Убитые солдаты и ополченцы лежали по обочинам. Некоторые дома горели или просто дымились. Живых ни кого не было видно. Некоторые женщины в автобусе начали причитать. Их одёргивали, но не резко. Все понимали - это нервы.
Армия в посёлке была всего 2 часа, но на площади уже лежали расстрелянные пятеро по-жилых  мужчин, при этом один из них был в пижаме.
Центральная улица, по которой мы ехали, была практически вся уничтожена. Даже уце-левших стен от домов было мало. Были дворы, где среди убитых людей, лежали трупы коров, кур и свиней.
Подъезжая уже к окраине, услышали громкие причитания и плач, попросили водителя остановиться. Автобус встал. Открыли двери. Женщины вышли на улицу. Во дворе, над убитым мужчиной голосила женщина. Её попытались поднять, но она снова и снова па-дала на окровавленное тело мужа.
Принесли из колодца воды и стали её поливать. Умыли. Женщину отпустило.  Ехать она с нами отказалась, мол, тут мужа схороню, да и сама век доживу. Тут кров надо восстанав-ливать, живность тоже не бросишь.
Мы стали собираться. Набрали во все бутылки воды, отошли за автобус по маленькому.
Только присела, как возле меня возник мальчик, лет 7-8. Он был весь в саже, с проступа-ющим через грязь большим синяком под глазом. Глянул на меня своими серьёзными и взрослыми глазами, отвернулся и отошёл. Я оправилась и подошла к нему. Он глянул на меня, взял за руку и повёл на другую сторону улицы. Я позвала с собой женщин.
Мы вошли на соседний двор, заваленный соломой, курами и кирпичом. Мальчик остано-вился и, подняв руку, куда-то показал. По его лицу бежали слёзы, но он молчал. Среди всего этого мусора и хаоса трудно было различить распростёртые на земле тела. Мы по-дошли ближе.
Картина была не для слабонервных.
За небольшой ямой, видимо от взрыва, на земле лежал обезглавленный труп  мужчины. На нём, сверху лежала и тихо стонала женщина. Всё её тело было иссечено осколками. Платье местами было обгорелое и тлело. Кто-то пошёл за водой к колодцу. А мы постара-лись максимально осторожно сорвать с женщины тлеющие тряпки. Затем стали вытаски-вать из тела - торчащие осколки. Мальчик присел возле матери и тихо плакал, гладя ра-неную по голове. Одна из женщин повела его в автобус и передала его раненым на пору-ки. Водителя взяла с собой, чтобы донести раненую в автобус.
В это время, женщину стали обтирать мокрой тряпкой. Стирая сажу и кровь с её тела. Да-ли возможность попить из ладони. Женщина начала приходить в себя. Из валяющегося тряпья нашли более-менее целый халат, чтобы прикрыть раненую.
Как только женщина пришла в себя, она попробовала подняться, но это не получилось. Ран на теле было много. Да и осколки мы вытащили не все, а только те, что были видны. Женщина захрипела и стала тянуть руки в сторону развалин сарая и даже попыталась ползти. Водитель и женщины стали осторожно поднимать её, а я пошла в указанную сто-рону.
У  груды кирпичей, бывшей когда-то сараем, лежала куча тряпья. Я наклонилась и стала медленно разгребать мусор. Оглянулась на женщину. Та с мольбой смотрела на меня. Слёзы текли по её щекам.
Я принялась работать быстрее. И тут комок мусора дернулся, и я еле успела схватить за руку кричащую и бьющуюся в истерике девчушку. Я обхватила её и сильно прижала к груди. Дитё ещё побилось и затихло. Я её почти несла к стонущей матери. Девочка выла - мать стонала. Женщины подхватили.
Девочка - подросток, лет тринадцати. Худая, грязная в саже и в КРОВИ. В крови все ноги. Видя всё это, женщины и мать завыли ещё громче.
ДИТЁ ИЗНАСИЛОВАЛИ. И скорей всего на глазах матери и брата. Вот откуда и у девоч-ки, и у мальчонки синяки под глазами. Видимо она сопротивлялась, а он её защищал.
Водитель прикрикнул, что надо быстрее ехать от сюда пока всех не накрыло.
Женщины притихли, и стали обмывать девочку. Потом нашли какое-то тряпье, и одели на неё.
Мы повели спасённых к автобусу. Девочка всё время жалась к матери и скулила. Это нельзя назвать по-другому.
Вы только не забывайте, тут как на войне. Невдалеке уже слышались выстрелы, а далеко гремела канонада. Мы просто понесли женщину в автобус. Слава богу, у нас не было ле-жачих раненых. Женщину уложили на заднем сиденье. Мальчик сел на ступеньке у двери и взял мать за руку.  Девочка села в ногах у матери. Зарылась в своё тряпьё и молча, смотрела на ноги. Я села рядом с девочкой. Моя детвора сидела в центре автобуса, я их видела и не переживала. Но что, то было не так с девчушкой. Автобус трясло, и на каждой кочке она вздрагивала. Девочка наклонилась, и просто упала на ноги матери. Я стала её рассматривать. Она не спала, а была без сознания. И тут я заметила лужу тёмной крови на сиденье. Это было кровотечение – по-женски. Я попросила женщину, и мы вдвоём соору-дили из паралона из моего лифчика и подола её юбки что-то похожее на прокладку и тру-сики.
Мальчик, держал руку матери и руку сестры. У него был серьёзный мужской взгляд. Ко-торый он отводил в сторону от обнажённого тела сестры, пока мы ей занимались.
До границы вроде ни чего не происходило. Если не считать что девочка несколько раз те-ряла сознание, а ко времени приезда она уже почти синела, и всё было в крови.
Вскоре мы пересекли границу с Россией. Все вздохнули с небольшим облегчением. С не-большим потому, что среди нас были раненые и больные. У нас на руках была сильно из-раненная женщина и её истекающая кровью - дочь.
Автобус подъехал к палаточному городку беженцев и замер. Наверное, и он понял, что выполнил возложенную на него миссию и заглох.
Нас встретил Командир Российской армии. Поприветствовал в дружественной стране. Сказал, что мы останемся в палаточном городке до завтра, так как автобус с беженцами уехал в город и вернётся завтра. Командир спросил, есть ли какие проблемы и предложил расположиться в ближайшей палатке и сказал, что через час нас накормят.
Но как только он замолчал - загалдели хором мы. Завтра так завтра, но у нас раненые и есть тяжёлые.
Командир вышел из автобуса крикнул, и к нам побежали три солдата. Женщину и девоч-ку сразу забрали в палатку с красным крестом. Я врачу рассказала вкратце их историю, и он пошёл в полевой госпиталь.  Остальных - не тяжёлых стал осматривать и перевязывать санитар.
Через некоторое время санитары вынесли на носилках женщину и поставили у палатки. Мальчик сразу подбежал к матери и схватил её за руку. Женщина была очень слаба, но все, же сделала попытку улыбнуться ребёнку. Санитар сказал, что раны были не глубокие. Достали из тела шестнадцать мелких осколков. Сделали обезболивающее и теперь ей нужно только спать, чтобы набраться сил.  Носилки подняли и унесли в палатку. Мальчик пошёл с ними, но сразу вернулся. Мать спала, а судьба сестры была не известна.
Время шло. Принесли еду. Мы покормили детей и те тихонько играли в песочнице преду-смотрительно сделанной для них. Самим есть не хотелось.
Наши раненые, уже с настоящими, белыми повязками из бинтов, а не из женских подолов или рубашек сидели на скамьях у палатки. Ни кто не заходил внутрь. Всех томила неиз-вестность. Так все близко к сердцу приняли судьбу этой семьи и этой девочки в частно-сти.
Полог откинулся и вышел врач. Все повернулись и посмотрели на него. Он начал гово-рить.
- Я ни чего не могу сделать. Очень большая потеря крови. Нужна кровь или донор для прямого переливания.
Если б вы видели!!!!  Встали все. Оголённые по локоть руки потянулись к доктору.
- У неё редкая группа крови. У раненых и больных брать не будем. Санитар пусть отберёт тех, кто сможет сдать пробу на группу.
Из всех нас, ехавших в автобусе, подошли только две женщины. Но за нами в палатку за-шёл и брат девочки.
Пока проверяли пробы, мы вышли во двор. Вышел санитар и сказал, что ни чья кровь не подходит кроме брата.
Мальчонка вздохнул, поднялся и стал подходить к каждому из нас и говорить:
- Спасибо что помогли. До свиданья.
После этого он зашёл в палатку-госпиталь.

=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-==-=-=-=-=-==-==--=--=--=--
Время тянулось бесконечно долго.
Наконец-то вышел врач, улыбнулся и сказал одно слово:
- Выживет.
Все радостно зашептались. Живы. Живы.
Санитар вынес и посадил на скамейку рядом с доктором мальчика. Он был очень слаб. Рука забинтована. Санитар пошёл за чаем.
Мальчонка облокотился на врача и спросил:
- Дядя Витя, и когда я уже умру.
Он подумал, что он отдал всю свою кровь для сестры, и теперь умрёт. Он нам не просто говорил до свиданья. Он прощался со всеми и  Навсегда.
Женщины кинулись со слезами к мальчонке, стали наперебой объяснять, что он будет жить и с сестрой и с мамой.

Этот герой жертвовал собой ради жизни сестры. Он нашёл нас, когда плохо было его ма-тери. Была бы моя воля, я бы дала ему самый большой орден или медаль. За то, что он в свои 7 лет пошёл на такую жертву.
Мать может гордиться таким Сыном.

0

2

а какой уровень критики вы ожидаете?

0

3

Я просто хочу чтобы люди читали и - очень многие - узнавали правду. А критика? Ну кто что думает.

0

4

я думаю, что с точки зрения литературы написано слабо. Не показано ни место ни время происходящего. Не понятны мотивы нападавших. Не показаны эмоции героев. Все это делает произведение блеклым и не впечатляющем.

0

5

Если я напишу что это война на Украине - не все хотят это публиковать. А если с литературной стороны - правда она не всегда красива. выложу ещё пару рассказов очевидцев. почитаете - посочувствуете.

0

6

нужно писать так. что это цепляло читателя. Ваш рассказ не цепляет. Совсем.
Он не производит впечатление реальности. Бывает вона - это плохо, людей убивают. Бывает насилие на подростками. Это абсолютно разные истории. Я никогда не поверю, что военные будут насиловать. Это чисто теоретически сложно представить, учитывая имеющееся обмундирование и вооружение. Попытка смешать войну и насилие в одну кучу, не предает вашему произведению трагизма, он лишает его последних проблесков реалистичности.
авторская фраза - это чистая правда - никогда не сделает ваш текст лучше. Для правды у нас есть СМИ. От вас же я лично ожидаю грамотной подачи материала. Если считает - и так сойдет я самоудаляюсь из ваших читателей.

0

7

извините но вы одно не учитываете! На Украине больше воюют не солдаты а боевики, набранные добровольцы. Коломойский, Ахметов и им подобные набирают армию из безработных и гонят на убой. Насилие и убийство мирного населения -  обычная для них практика. Мне довелось попасть в передрягу на дороге под Донецком.  Если не запретят публикации по Украине  - выложу дальше. Если перестанете читать - мне будет очень жалко. Я дорожу читателем. Вот по этому и стараюсь рассказывать то, что мне передали беженцы из первых уст.

0

8

#p119655,Андрей написал(а):

Если не запретят публикации по Украине

у нас тут весьма либеральный форум, каждый публикует своё (плагиат порицается) в меру своей же испорченности.
Тем не менее, есть требование: текст не должен нарушать законов РФ. Т.е. не быть экстремистским, не оскорблять власть и чувства верующих, не вести пропаганду организаций, запрещенных в РФ. Публикуя текст, автор несет ответственность за него.
Но это не значит, что тексты должны быть беззубыми. Пишите остро, на кровоточащие темы, пожалуйста. Но делайте это умно.

0

9

Добрый день. Если понял верно, ваша литературная правда должна шокировать. Трезвить. Чтобы мы не повторяли ошибок.
"С утра автобус выехал из леса, где мы пережидали артобстрел. И где почти над нашими головами проносились светящиеся снаряды катюш".
Это хроника. Вчера-сегодня-завтра. Это то, что известно всем: война идёт и ещё будет идти. Новизны, значит, нет. Шока нет. С этими хрониками все прижились, как ни страшно это прозвучит.
Для выразительности вместо языка вы используете заглавные буквы. Потенциальному читателю это говорит о том, что язык повествования очень ограничен. А человек, переживший событие, может рассказать о нём десятками способов, потому что шоковые моменты прокручиаются, въедаются в память. Значит, нужно въедаться в читателя. Но вместо этого происходит обратное: хроника, отстранённый взгляд.
Что нужно, чтобы въедаться? Нажимать на потребности. Безопасность. Еда. Сон.

Людей передёргивало. Десятки пар глаз озирались по сторонам. Кто-то сидел почти недвижно. То и дело раздавался нервный смех, но слышали его не все: некоторые оглохли. Утром автобус выехал из леса. Почти безопасного.

Не лучшая версия, но картинка ведь совсем другая.

0

10

#p119655,Андрей написал(а):

Насилие и убийство мирного населения -  обычная для них практика.

Мне хочется встать в позу как станиславский и сказать - не верю
не может человек сначала пострелять из катюши а потом бежать насиловать
не правдоподобно это
не получается у вас содать картину ужаса.
нельзя слепить два кошмарика и получить ужас-ужас

у вас получилась (с) Хрень

0

11

Пять лет назад, когда это произошло и когда писал эти сказки беженцев - они не казались не правдивыми. Я и сейчас общаюсь с людьми что не верят в гибель более сотни детей на этой войне.

0

12

#p119957,Андрей написал(а):

сказки беженцев - они не казались не правдивыми

вот и я про это - писать нужно более выразительно, чтобы читатель вам верил

0

13

#p119653,hardsign написал(а):

Я никогда не поверю, что военные будут насиловать.

очень даже насилуют.

0

14

#p120009,pinokio написал(а):

очень даже насилуют.

во время боевых действий? в данносм случае арт обстрела?

0

15

А, как вы думаете, Зеленский почему телемост запретил? Чего он так испугался?

0

16

И насилуют, и убивают стариков. И дети гибнут на этой войне. Только все эти смерти на стороне новых республик. Сепаратисты стремятся обстреливать только военных, а войска обстреливают всё. И военных и мирных. У сельчан отбирают животину, так как не хотят есть гнилую тушёнку. и поверить вам конечно в это не хочется. Так легче жить когда считать это враньём и невозможностью. Живите. Мне, после того как видел растерзанное тело ребёнка - как то не по себе. Я беженцам верю.

0

17

#p120014,hardsign написал(а):

во время боевых действий? в данносм случае арт обстрела?

заставила меня читать, то чего не хотел. Терпеть не могу эту тему. В данном случае: после обстрела.

#p120018,Андрей написал(а):

Сепаратисты стремятся обстреливать только военных,

Прямо Робин Гуды.

#p119653,hardsign написал(а):

Для правды у нас есть СМИ.

Не смеши.

0

18

#p120018,Андрей написал(а):

И насилуют, и убивают стариков. И дети гибнут на этой войне. Только все эти смерти на стороне новых республик.

стариков тоже насилуют?

Еще раз - Андрей если вы хотите писать про войну - пишите про войну.
Возьмите в руки томик Ремарка, прочитайте, и пишите про войну. Это отдельная тема. Серьезная.
попытка смешать в кучу все трагедии мира - этакий виннегрет из ужастиков - выглядит нелепо. не страшно не больно не жалко.

0


Вы здесь » Дом Старого Шляпа » Истории из жизни » История путешествия в Россию