Дом Старого Шляпа

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дом Старого Шляпа » Игровой стол » Задания


Задания

Сообщений 1 страница 30 из 81

1

Тема: Фантомные боли
Условия:
1. Жанр: фантастика.
2. Тему надо понимать классически, а не в переносном смысле.
3. Юмор допускается – но лишь умеренно: это прежде всего драма (можно разбавить романтикой), а не комедия.
4. Произведение должно быть законченным – не отрывок из чего-то большего.

Готовую работу выставлять в эту тему одним сообщением.

0

2

#p152529,Shteler написал(а):

2. Тему надо понимать классически, а не в переносном смысле.

:flirt:
А... я думаю, каждый классик понял бы тему по-своему.
Может, буквально имелось в виду?

0

3

Обморок напишет!

0

4

#p152536,Ольга написал(а):

Обморок напишет!

Не, подтяжки лопнут

0

5

стих? https://forumstatic.ru/files/0018/1c/c9/82310.gif

0

6

#p152540,ОбмОрОк написал(а):

стих?

ниняю. но тема - в буквальном понимании

0

7

#p152538,PlushBear написал(а):

Не, подтяжки лопнут

под шубой?

0

8

жалко если что лопнет
без стихов не хочу не буду  :flirt:

0

9

подтяжки под шубой=новое блюдо!
*Озирается кого бы  ракусить*

0

10

#p152550,ОбмОрОк написал(а):

жалко если что лопнет
без стихов не хочу не буду

А ну, будь!

0

11

#p152551,ОбмОрОк написал(а):

Озирается кого бы  ракусить

А что скрыто под этим крокодильским сленгом - ракусить? *приготовилась бежать*

0

12

клац!
держит за ручку дядю( Фройда)

0

13

я бы в переносном- какюу- нить психоисторию. тогда еще можно  тянуть жвачку прозы
(Кислая морда таксы)

0

14

#p152533,PlushBear написал(а):

я думаю, каждый классик понял бы тему по-своему.
Может, буквально имелось в виду?

"Буквально" - это уже другое. Слишком буквально - тоже не надо.
Когда понимают по-своему - это уже не классически.

0

15

#p152577,ОбмОрОк написал(а):

я бы в переносном- какюу- нить психоисторию. тогда еще можно  тянуть жвачку прозы
(Кислая морда таксы)

По-моему у такс морда сосредоточенно-оптимистичная. Не?

0

16

спящая хрррр

0

17

#p152582,PlushBear написал(а):

По-моему у такс морда сосредоточенно-оптимистичная. Не?

И по-твоему, видимо, ботоксная, да?  http://www.kolobok.us/smiles/icq/biggrin.gif что мешает морде таксы быть и кислой?) иногда.о

Отредактировано Странник (2020-02-18 23:51:30)

0

18

Тема: Мир в радужных очках.
Условия:
1.Жанр. - Мистика
2.Классика жанра.
3.Горькая драма мировозрения, можно с привкусом романтики.
4. Произведение должно быть законченны.

Отредактировано Елена (2020-02-20 18:41:19)

+1

19

#p152793,Елена написал(а):

Горькая драма мировозрения,

стих пестня?
с надеждой

0

20

#p152540,ОбмОрОк написал(а):

стих?

#p152550,ОбмОрОк написал(а):

без стихов не хочу не буду

#p152797,ОбмОрОк написал(а):

стих пестня?
с надеждой

Я не пойму, а где тут было запрещено про стихи?
"Что не запрещено - то разрешено". Это ж все знают.

0

21

Мир в розовых очках
Игорь шёл и насвистывал приставучую мелодию. Как хорошо вокруг! Весна пришла, отправляешься на любимую работу, на личном фронте всё тоже замечательно. Вот, например, этой ночью - с такой красоткой кувыркался! Может, и сегодня повезёт...
Зазвонил телефон.
- Да, слушаю.
- Ты сегодня придёшь?
Это вчерашняя. Как её там?..
- Нет, Насть, мне сегодня некогда.
- А если я для тебя ужин приготовлю? И кое-какой сюрприз, - елейным шёпотом стала зазывать девушка.
Нет уж, с нами такие штучки не проходят!
- Нет, Насть, сегодня не получится никак. И завтра тоже - работы полно. Извини. В следующий раз как-нибудь.
- А когда он - следующий раз - будет? - её тон стал капризным.
- Как будет - так я тебе сразу позвоню, - пообещал Игорь, как делал это уже множество раз. - Всё, давай, целую!
- Пока, милый! До скорого! - успела вставить та пару слов до отключения звонка.
- Ага, размечталась, - ответил Игорь в потухший телефон.
Работает Игорь в крупной конторе замом начальника отдела. Отдел этот особо ничем не занимается - так, только вид делает. Поздоровавшись со всеми встречными коллегами, он прошёл к себе в кабинет, уселся на любимый стул и стал решать, чем бы сегодня заняться, чтобы рабочий день пролетел быстрее. Начальник, Сергей Владимирович, сегодня и вовсе уехал в город "по делам", так что свобода действий - полная.
Так ничего путного и не придумав, стал просто метать дротики в стену, которая служила и мишенью. Ближе к обеду в кабинет заглянул Володя - коллега и, друг не друг, но неплохой товарищ.
- Слышь, Игорь, - с порога начал он заговорищецким шёпотом. - Сегодня у меня праздник.
- Делись, какой, - рука с дротиком зависла в воздухе в ожидании.
- Тёща уехала! - радостно сообщил тот. - Жена пока вместе с ней, а вернётся только ближе к ночи! Короче, сегодня гуляем!
Ну-у, тоже мне, радость. И для чего тогда жениться? Чтобы вот так праздновать редкие дни свободы от тёщи, а ещё реже - и от жены?
- Тебе что - больше не с кем, что ли, Володь? - притворно осведомился Игорь, хотя был не прочь сегодня выпить нахаляву. Но актёр он был хороший - потому коллега притворства не увидел.
- Ну, Игорь, ты же знаешь, как я тебя уважаю! И как у меня какой-то праздник - сразу иду к тебе! Поделиться! - искренность Володи подкупала не меньше, чем леность Игоря, а потому в неё хотелось верить.
- Ладно. Уболтал, языкастый! - дротик полетел в стену. - Но всё - за твой счёт! - успел он добавить в закрывающуюся дверь.
- Конечно-конечно, - раздалось уже из-за неё.
На "празднике", кроме них двоих, был ещё один коллега - помоложе, устроился на их фирму недавно. Игорь даже имени его ещё не запомнил. Зачем - когда скоро опять уйдёт? Вот начнётся сессия - и всё. Опять вакантное место.
Все уже хотели расходиться, когда в бар зашла красотка с подозрительно знакомым лицом.
- Так вот ты где. Ну и как работа?
- Н-насть, - некоторые звуки уже стали растягиваться, как это всегда бывает, когда "навеселе", - такие вот корпоративы - это тоже часть работы. Да, - добавил он для убедительности, потому что по её лицу было заметно, насколько эта кошка поверила в его слова. - Вот в Японии тебе любой подтвердит, что не являться на корпоратив - оскорбление для коллег! Володя, скажи же?
- Н-да! - послушался тот.
- И завтра у тебя такая же работа? - недоверчиво осведомилась Настя.
- Не-е! - как-то чересчур резко взмахнул Игорь рукой. - Завтра - намного важнее! Завтра - начальник с меня спросит... эту... как её... - он пытался подобрать хоть какое-нибудь слово.
- Короче, я тебе больше не нужна. Так? - она часто заморгала длиннющими ресницами.
- Почему? - изумление должно было выглядеть натурально. - Нужна, конечно, нужна! Работа просто...
- Я узнавала про тебя - ты говоришь так каждой своей пассии. А потом бросаешь!
- А если узнавала - то чего тогда тут стоишь? - наглость уже попёрла из Игоря, и его не остановить.
- Ну, ты ещё пожалеешь! - и побежала прочь из бара.
- Это вряд ли, - он повернулся к Володе и Стасу. Или Андрею? Сергею?.. - Хотел как лучше... - пояснил он. - Сама же захотела правды.
Раз платил за всё Володя - то прошло всё просто замечательно. Иначе и быть не могло.
Игорь возвращался домой непривычным путём - сегодня они гуляли в японском баре, куда раньше не ходили. Даже и не знал, что бывают такие. Вот рестораны - да. А "бар" - это что-то западное... Разве нет?
Дорогу перешла чёрная кошка. Тьфу на тебя! Не верю я в приметы.

Завтрашний день действительно оказался важнее.
Ещё с ночи стал накрапывать мелкий дождь, так что всё вокруг промозгло, и весна стала похожа на осень. Проезжающая машина окатила из лужи, которой тут никогда не было, а какой-то амбал чуть не столкнул с дороги, будто не заметив.
Сергей Владимирович и в самом деле спросил с Игоря отчёт за прошедшие полмесяца и сегодня был явно не в духе. А Володя не стал помогать с этим делом, сославшись на головную боль.
- Вот и поддерживай вас в ваших праздниках! - рассердился Игорь и, уходя, хлопнул дверью.
- Ай! - раздалось из-за неё. Похоже, голова у него и вправду болит. Или притворяется. С них станется...
Покидав мяч в корзину над дверью в свой кабинет, Игорь понял, что отчёт никто за него не сделает, а начальник всё равно спросит.
Стоило только глянуть на прошлые отчёты - Игорь понял: как достало всё! Работа, дом, эти коллеги, девки... Вообще всё. Алкоголь на него, что ль, так повлиял? Ведь вчера было всё иначе...
Короче, отчёт подождёт до завтра, а сегодня через полчаса уже закончится рабочий день - так что надо пойти развеяться. В бар. В нормальный, а то после японского как-то тяжко на душе.
В нём знакомых - никого, но сейчас мне никого и не надо. Итак нехорошо.
Нужно накидаться как следует - может, тогда настроение улучшится?
В процессе этого дела до его слуха донёсся женский голосок:
- О, какой красавец! - длинноногая брюнетка в блестящей блузке подошла к нему и дотронулась до плеча, как бы приобнимая. - Угостишь даму?
- А может, сразу?.. - не стал церемониться Игорь.
- Может. Ко мне или к тебе? - улыбнулась та.
- Всем вам только одного и надо! - пьяным голосом гаркнул он и опрокинул стакан - тот полетел куда-то, громко звякнув.
- Это будет включено в счёт! - деловито напомнил бармен.
Брюнетка смутилась и быстро куда-то упорхнула - ну и ладно. Одному лучше.
Игорь уже устал пить, сходил умыться и сел обратно за стойку. Здесь хорошо размышляется. О жизни. Почему она такая? Что случилось? Всё, что радовало вчера - уже сегодня стало поганым и грязным. Нелепым и бессмысленным.
- Ну, Игорёк... - он поднял глаза - это Настя.
- Чего тебе ещё?
- Что, снял свои розовые очки? Я же говорила - пожалеешь ты ещё. Стоило только взглянуть на мир моими глазами - как сразу и пожалел.
- Твоими? А я-то тут причём?
- А ты скажешь - ни при чём, да? - взъярилась Настя. - Да из-за вас, таких козлов, все розовые очки разбились давно! Раньше я тоже порхала с ветки на ветку - а потом не до того стало! Один бросил, второй бросил - чувствуешь себя сменной обувью, а не человеком! - от такой речи она вся раскраснелась, задышала тяжело, с надрывом. Глаза мечут молнии - очень эффектно выглядит.
А что-то в ней есть... И почему он этого раньше не замечал?
- Насть, а может, нам?..
- Даже не думай, Игорь.
- Почему?
- Да пошёл ты! - развернулась и растворилась в толпе бара.

Отредактировано Shteler (2020-02-21 15:56:14)

+1

22

Елена, ты как автор задания пиши, что тебе понравилось/не_понравилось, что бы ты добавила-улучшила, что убрала, что оправдало ожидания, а что – нет. Короче, в качестве правок можно вообще переписать его практически заново, оставив лишь те места, которые особо понравились.

0

23

Фантомная боль.

Там нет меня, и не ищи напрасно.
Почти каждую ночь Антон просыпался в одно и то же время, около часа ночи. Не успевали его глаза сомкнуться, как память рисовала картины прошлого. Воспоминания, отдельные фразы, лица – будто занозы врезались в сознание.
После таких снов он просыпался в холодном поту, резко садился в постели и еще долго не мог прийти в себя. Прижимая ладонь к груди, Антон пытался унять бешено колотящееся сердце. Лунный свет ровной полосой ложился на кровать, ночь за ночью этот свет приковывал к себе его взгляд. Он словно ждал и в тот же момент боялся чего-то.
----- 
Врач Антон Стройкин, был самым необходимым человеком на борту военного космического лайнера «Фантом». Огромный космический лайнер «Фантом»  выполнял свою функцию перевозки военной единицы и использовался как госпиталь в открытом космосе. Военная школа, училище, медицинский институт, он пошел по стопам своего отца военного летчика-испытателя Владимира Стройкина. Но в один момент юный курсант летного космического училища резко поменял линию своей жизни, и на горизонте зажегся маячок военной медицинской академии.
«Фантом» - годы, планеты, миссии, - боль, сколько объединяло их. Молодому врачу, обладающему багажом знаний из книг, не терпелось применять их на практике, лечить, спасать людей. Война стерла все грани. Не раз его сердце сжималось от боли, когда ему приходилось говорить слова коллегам:
- День, ну, может, два – не больше, и страдалец отмучается.
Не этого ожидал Антон, он рисовал себе геройскую славу, гордость, спасать людей, но с этим приобрел и боль.
Засигналил видеофон, капитан нажал на переключатель и услышал голос Николая, дежурного по вахте:
- Шеф, тут, раненых привезли. Прикажите принять на борт!
- Да, принимайте! – последовал приказ, капитан отключился от связи, - Рекоп, - обратился он к помощнику, бегом к Стройкину предупредите его, дел будет непочатый край.
- Да, капитан! – только и успел выпалить помощник, как его след простыл.
Рекоп несся по коридору, - Док, там раненых привезли, капитан просил передать! – на одном дыхании выкрикнул он, как только вбежал в медицинский отсек, - Видать на лаванийцев наткнулись, а вы уже знаете, - выдохнул он.
Антон готовился принимать больных. Война с Лаванией длилась уже более десяти лет, обе стороны несли большие потери, и не одна из них не уступала другой. Земляне и Лаванийцы, уже не помнили кто, когда и из-за чего начал эту войну. Кто стал агрессором, а кто жертвой.
Медицинский отсек представлял собой шарообразное помещение, с рядами капсул, лежаков и камеры расположенной посередине. Раненых оказалось больше, чем их мог вместить отсек.
Жестами, Антон сортировкой распределял и направлял раненых, учитывая тяжесть ранения. Казалось бы, обычный день, за годы в военном флоте приходилось видеть многое. Его привлекла девушка, она лежала на лежаке, глядя прямо в потолок, ее взгляд застыл, но она была жива, этим свидетельствовали датчики, подключенные к ней.
Антон подошел к ложу девушки.
«Форма моего отца, эта девушка, летчик испытатель.  В груди сильно защемило, вспомнил своего отца. Я гордился им. Высокий мужчина с военной выправкой, подхватывал меня на плечи, а я с гордостью восседал на своем троне, оглядывая всех вокруг. У нее раны серьезные, тяжелые, но должна выжить, вопреки всему. Девушка пошевелила пальцами, как будто прочитав мои мысли».
- Антон Семенович, кажись все, со всеми справились. Трубить отбой, вымотались все.
- Да-да, конечно, Аркадий. Я вам благодарен. Оставьте дежурных, отдохните и приведите себя в порядок, - Антон остался стоять к помощнику спиной, лишь махнув ему рукой, -  Ваша помощь понадобиться в ближайшее время. Я смотрел на нее,  кажется, я знал ее всю свою осмысленную жизнь. Но где, где я мог ее встретить, откуда мог ее знать?
Наутро, знакомая-незнакомка открыла глаза, Антон стоял возле ее ложа, перевязывая ей раны.
- Ой! – всхлипнула она от боли.
Антон резко отстранился, его взгляд застыл на девушке. Ее глаза дерзкие с некой ухмылкой, с вызовом смотрели прямо ему в лицо.
- Антон! Вот уж не ожидала тебя тут встретить! Улыбнулась девушка и попыталась приподняться, но тут же взвыла от боли и не решилась более повторять попытку.
- Лежите, вам нельзя вставать! Швы разойдутся, не жалеете себя, пожалейте хоть меня. Нелегко было, укладывать ваши вывалившиеся кишки наружу и сшивать их.
- Вот так всегда, - вздохнула девушка, - ты в своем репертуаре, не капельки галантности к девушке. Так ты все-таки меня не помнишь?
- Нет. – Антон отрицательно покачал головой.
- Жаль, - вздохнула она, - а я ведь не забыла нашу любовь. Первая любовь, возможно детская, но…
«Первая любовь, - Катька Лебедева. А можно ли это было назвать любовью, - в голове у Антона промелькнули картинки детства. Бойкая, я бы сказал дерзкая девчонка, с рыжими косичками и веснушками на носу, она всегда подшучивала надо мною. Ее озорные глазки, вспомнил, а веснушки затем куда-то исчезли, и она превратилась в отменную красавицу».
- Катька Лебедева! – вылетело у Антона. Как, как ты тут!? А впрочем, это не удивительно. Ты ведь ходила за мной по пятам, военная школа, училище, даже в саду ты не давала со мной никому играть. Ну, а потом наши пути разошлись.
«Я вспомнил, почему я хотел стать врачом, Катька. Сколько крови тогда было, а она поранила всего лишь свою худенькую лодыжку. Я прожил с ней эту боль и твердо решил, что стану врачом».
- Да! – подхватила Катька, улыбнувшись, - но видать судьбе нравиться играть нашими судьбами и она вновь соединила нас.
Не найдя слов чтобы ответить давней, как оказалось подруге, Антон закончил перевязку под ее упорным взглядом. – Все, до свадьбы заживет, - сказал он и поспешил удалиться, пряча покрасневшее лицо от назойливого Катькиного взгляда.
- Еще увидимся! – вдогонку крикнула Катя, приподняв голову с подушки.
Раненые шли на поправку, казалось, на военном фронте установилось обоюдное затишье.
Катька не отводила от Антона глаз, когда он копошился в медицинском отделе, обследуя больных. Когда же он пробегал мимо, одаривала его воздушными поцелуями и провожала его пылким взглядом. Покраснев, как мальчишка Антон предпочитал скрыться с поля боя, ругая себя за глупое поведение, испытываемое им при виде ее озорной улыбки.
Было утро, около пяти, Антон ранняя пташка, соскакивая с постели, он торопился в медицинский отдел. Давал нагоняй дежурным, проверял колбы, лекарственные препараты и исправность техники.
Огромный округлый корабль медленно кружил в галактике, ожидая ответ на посланный на землю сигнал. – «Пассажирский груз для дальнейшей реабилитации отправить на землю, состояние раненых, удовлетворительное».  Техника времени, где волей случая существовал Антон, была развитой, кораблю не состояло труда в несколько гиперпрыжков оказаться в галактике земля, но приказ не сходить с орбиты по военному времени карался законом. Полет проходит нормально фиксировали датчики, в постоянно включенном приемнике заговорил незнакомый, грубый и чуть присвистывающий голос.
- Мы уничтожили вашу планету! Сдавайтесь! Сопротивление бесполезно! Вы из тех немногих, которые выжили, подготовьте свои шлюзовые люки для стыковки.
- Земля уничтожена! - раздался голос паники.
- Молчать, не подаваться панике! – крикнул капитан, - попробуем вести переговоры, - Рекоп, сообщите Дмитрию и Григорию, пусть держат пушки наготове, предупредите команду, всем собраться в рубке капитана.
- Мы, в ловушке, - шепнул капитан, огромному лайнеру не уйти от обстрела, будем принимать бой.
- Насчет этого не может быть и речи! - крикнул капитан в приемник.
- Вы сами себе подписали приговор! - прозвучал жужжащий металлический голос, шедший, словно со всех сторон. – Мы завладели космосом, остались только вы, непокорная раса, но мы завладеем и вами!
Корабли начали взаимный обстрел. Приказ капитана использовать все оружие на корабле и посильнее, и то, что послабее. Атаковать врага единым мощным залпом.
- Что там? – спросила Катя взволнованного Антона, спешившего в рубку капитана.
- Похоже на нас напал вражеский корабль, капитан отдал приказ собраться в рубке управления кораблем. Будем атаковать, один залп и все, оружие у нас мощное. Сам капитан позаботился, сколько нам пришлось пережить. Так что без паники, - Антон поднял руку в жесте, - «Спокойствие, только спокойствие» и направился к двери.
- Антон! – он обернулся, - корабль, что напал на нас на нем знак Лавании.
- Я в этом уверен. Война с Лаванией не причина ли  действий.
- Так-то это, так. Но когда я находилась на корабле «Навакий», на нас напал вовсе не Лаванийский корабль. Мы даже не успели выяснить, откуда пришла опасность, нападение было внезапным, гул, и наш корабль стал распадаться на кусочки, а затем появились они, фантомы – призраки. Их вой отдавался гулом в ушах, такой и протяжный и мерзкий, - вспоминала Катя, - они проносились над нами, множество застывших мертвых лиц. Паника, кто-то плакал, взывал о помощи, кто-то давал им поглотить свою душу, а кто-то вставал в их ряды. Нас перевозили на Флакстор – колонию Земли, около три тысячи человек, пассажирский лайнер, охраняемый четырьмя военными кораблями, новейшие технологии, радары. Они пришли неоткуда, и ушли в никуда, посеяв панику и хаос, разбросав тела на орбите.
Антон слушал внимательно, его взгляд становился суровым, рука сжималась в кулак.
Спасательному кораблю действительно пришлось курсировать по орбите и собирать тела. Первым делом спасали выживших, их привозили, шлюпка за шлюпкой, затем привозили тела и кремировали, война, не хватало еще вдобавок и инфекций.
- Что же делать? – угрюмо спросил Антон.
- Не знаю, - пожала Катя плечами, - если это они, то мы обречены, с грустью сказала она.
«Завыли сирены, поднялся невыносимый гул, сердце наполнилось болью и тоской. Хотелось кричать громко, жаловаться на все и на всех, только чтобы отпустило, полегчало… Боль невыносимая боль пронзающее все тело, казалось, я сходил сума.
Сколько это продолжалось, я молил, чтобы сознание покинуло меня. Я видел их, образы, человеческие души, без телес, скитальцы. Я вспомнил рассказы старого капитана, о темной планете, о душах находивших там приют. Но почему же они стали нападать на людей, темная планета, она разрушена, - пришло мне в голову. Не хотя, одна из сторон стала тому причиной, ракеты, наводка время от времени давала сбой, и ракета поражала не ту цель. Мы расплачиваемся за свои ошибки. Я расслабился, отпустил ситуацию, ушел в себя, не слышал, ни криков, ни плача, не стенаний, оказался в другом мире. Кругом цвели цветы и порхали бабочки, а от лугов шел приторный аромат лета, свиристели насвистывали свои песни. Я расслабился, мое тело само потянулось туда, и я просто последовал его инстинкту».
Она стояла у окна и смотрела вдаль. Антон ее видел только при лунном свете, фантом – душа Лебедевой Катерины. Катя не ушла, не встала в ряды фантомов, последовала за ним, своим сердцем. Еще недавно ее озорные глазки, улыбались ему, жизнерадостная, при всех обстоятельствах. От нее всегда веяло жизнью, она подзадоривала всех, и поэтому вокруг нее всегда толпилось много друзей, одноклассников, сокурсников.
Антон очнулся на Флаксторе, в белой палате, больницу всегда можно узнать по запаху, каждый атом помещения пропитан лекарством, запахом боли, горечи безысходности. Антон попытался приподняться, но тут же откинулся назад, стеная от острой боли, пронзившей его сердце.
К нему подбежала девушка-санитарка:
- Молодой человек, вы же доктор, что же вы делаете! Вам не следует вставать, - вопреки его
Сопротивлениям она уложила его в постель.
- Позовите мне доктора! – взбунтовался Антон. Нащупав шрам в области сердца, он впал в еще большее неистовство, - позовите мне доктора, что вам стоит. Что вы сделали со мной?!
- Антон, это ты тут буянишь!? – к кровати подошел светловолосый мужчина лет тридцати пяти.
- Леонид, это ты? Только не говори, что мне пересадили чье-то сердце.
Леонид был его однокурсником, вместе поступали в медицинский институт, и вместе заканчивали его, защищали диплом и вот…
- Как врач врачу обманывать не буду. Твое сердце пришлось выбросить за ненадобностью.
Мда, жаль девчушку, ведь воздушный флот на нее имел большие виды, но она бы не выжила. Пришлось принимать решение, ты жив и это главное. Ты нам еще пригодишься, ведь война не окончена и у нас новый враг.
- Девчушка, воздушный флот, Катька Лебедева. Вы пересадили мне ее сердце, - Антон покраснел от злости.
- Ну, ну, не кипятись, девушка все равно была мертва, еще бы минуты и мы не спасли бы и тебя, - засунув руки в карманы и насвистывая приставучую мелодию,
Леонид направился к двери.
Антон остался наедине с собой. Боль с которой ему придется жить всю жизнь и спасать жизни другим.
«Любовь…это очень больно» - выводил Антон на запотевшем окне, - «боль, боль…»
Как жаль, а может, и нет, что она не проходит. Не лечит время раны, а всего лишь притупляет их. Шрамы на коже заживают, затягиваются, но сердце болит теперь за двоих. Я испытываю боль, значит я еще жив.

Отредактировано Елена (2020-02-23 17:14:20)

+1

24

заговорищецким шёпотом - странное выражение (заговорщическим, заговорщицким).Вначале шло штопорно, а потом разошелся.Герой - наглый парниша. :flag:  :) Хорошо загнул линию, попробую тоже написать в этом-то духе.Неплохо! http://smayly.ru/gallery/kolobok/AllDarkSML/175.gif Настю, нужно было раскрыть побольше, она что, его чем то опоила или...Такой вот гуляка парень.

0

25

Прочитал, попутно заметил по орфографии-пунктуации:

Фантомная боль.

Там нет меня, и не ищи напрасно.
Почти каждую ночь Антон просыпался в одно и то же время, около часа ночи. Не успевали его глаза сомкнуться, как память рисовала картины прошлого. Воспоминания, отдельные фразы, лица – будто занозы врезались в сознание.
После таких снов он просыпался в холодном поту, резко садился в постели и ещё долго не мог прийти в себя. Прижимая ладонь к груди, Антон пытался унять бешено колотящееся сердце. Лунный свет ровной полосой ложился на кровать, ночь за ночью этот свет приковывал к себе его взгляд. Он словно ждал и в тот же момент боялся чего-то.
----- 
Врач Антон Стройкин был самым необходимым человеком на борту военного космического лайнера «Фантом». Огромный космический лайнер «Фантом»  выполнял свою функцию перевозки военной единицы и использовался как госпиталь в открытом космосе. Антон пошёл по стопам своего отца – военного лётчика-испытателя Владимира Стройкина: военная школа, училище, медицинский институт... Но в один момент юный курсант летного космического училища резко поменял линию своей жизни, и на горизонте зажёгся маячок военной медицинской академии.
«Фантом» - годы, планеты, миссии, - боль, сколько объединяло их. Молодому врачу, обладающему багажом знаний из книг, не терпелось применять их на практике, лечить, спасать людей. Война стёрла все грани. Не раз его сердце сжималось от боли, когда ему приходилось говорить слова коллегам:
- День, ну, может, два – не больше, и страдалец отмучается.
Не этого ожидал Антон, он рисовал себе геройскую славу, гордость, спасение людских жизней, – но с этим приобрел и боль.
Засигналил видеофон, капитан нажал на переключатель и услышал голос Николая, дежурного по вахте:
- Шеф, тут, раненых привезли. Прикажите принять на борт!
- Да, принимайте! – последовал приказ, капитан отключился от связи, - Рекоп, - обратился он к помощнику, - бегом к Стройкину, предупредите его, дел будет непочатый край.
- Да, капитан! – только и успел выпалить помощник, как его след простыл.
Рекоп нёсся по коридору.
- Док, там раненых привезли, капитан просил передать! – на одном дыхании выкрикнул он, как только вбежал в медицинский отсек. - Видать, на лаванийцев наткнулись, а вы уже знаете, - выдохнул он.
Антон готовился принимать больных. Война с Лаванией длилась уже более десяти лет, обе стороны несли большие потери, и не одна из них не уступала другой. Земляне и Лаванийцы – уже не помнили кто, когда и из-за чего начал эту войну. Кто стал агрессором, а кто жертвой.
Медицинский отсек представлял собой шарообразное помещение, с рядами капсул, лежаков и камеры, расположенной посередине. Раненых оказалось больше, чем их мог вместить отсек.
Жестами, Антон сортировкой распределял и направлял раненых, учитывая тяжесть ранения. Казалось бы, обычный день, за годы в военном флоте приходилось видеть многое. Его привлекла девушка, она лежала на лежаке, глядя прямо в потолок, её взгляд застыл, но она была жива, об этом свидетельствовали датчики, подключённые к ней.
Антон подошёл к ложу девушки.
«Форма моего отца, эта девушка – лётчик-испытатель. В груди сильно защемило, вспомнил своего отца. Я гордился им. Высокий мужчина с военной выправкой, подхватывал меня на плечи, а я с гордостью восседал на своём троне, оглядывая всех вокруг. У неё раны серьёзные, тяжёлые, но должна выжить, вопреки всему. Девушка пошевелила пальцами, как будто прочитав мои мысли».
- Антон Владимирович, кажись, всё, со всеми справились. Трубить отбой? Вымотались все.
- Да-да, конечно, Аркадий. Я вам благодарен. Оставьте дежурных, отдохните и приведите себя в порядок, - Антон остался стоять к помощнику спиной, лишь махнув ему рукой. -  Ваша помощь понадобиться в ближайшее время. «Я смотрел на нее,  кажется, я знал ее всю свою осмысленную жизнь. Но где, где я мог её встретить, откуда мог её знать?»
Наутро знакомая-незнакомка открыла глаза. Антон стоял возле её ложа, перевязывая ей раны.
- Ой! – всхлипнула она от боли.
Антон резко отстранился, его взгляд застыл на девушке. Ее глаза, дерзкие с некой ухмылкой, с вызовом смотрели прямо ему в лицо.
- Антон! Вот уж не ожидала тебя тут встретить! Улыбнулась девушка и попыталась приподняться, но тут же взвыла от боли и не решилась более повторять попытку.
- Лежите, вам нельзя вставать! Швы разойдутся, не жалеете себя, пожалейте хоть меня. Нелегко было укладывать ваши вывалившиеся кишки наружу и сшивать их.
- Вот так всегда, - вздохнула девушка. - Ты в своем репертуаре, ни капельки галантности к девушке. Так ты всё-таки меня не помнишь?
- Нет, – Антон отрицательно покачал головой.
- Жаль, - вздохнула она. - А я ведь не забыла нашу любовь. Первая любовь, возможно, детская, но…
«Первая любовь - Катька Лебедева. А можно ли это было назвать любовью, - в голове у Антона промелькнули картинки детства. - Бойкая, я бы сказал, дерзкая девчонка, с рыжими косичками и веснушками на носу, она всегда подшучивала надо мною. Её озорные глазки - вспомнил, а веснушки затем куда-то исчезли, и она превратилась в отменную красавицу».
- Катька Лебедева! – вылетело у Антона. Как, как ты тут!? А впрочем, это не удивительно. Ты ведь ходила за мной по пятам, военная школа, училище, даже в саду ты не давала со мной никому играть. Ну, а потом наши пути разошлись.
«Я вспомнил, почему я хотел стать врачом, Катька. Сколько крови тогда было, а она поранила всего лишь свою худенькую лодыжку. Я прожил с ней эту боль и твердо решил, что стану врачом».
- Да! – подхватила Катька, улыбнувшись. – Но, видать, судьбе нравится играть нашими судьбами, и она вновь соединила нас.
Не найдя слов, чтобы ответить давней, как оказалось, подруге, Антон закончил перевязку под её упорным взглядом. – Всё, до свадьбы заживёт, - сказал он и поспешил удалиться, пряча покрасневшее лицо от назойливого Катькиного взгляда.
- Ещё увидимся! – вдогонку крикнула Катя, приподняв голову с подушки.
Раненые шли на поправку, казалось, на военном фронте установилось обоюдное затишье.
Катька не отводила от Антона глаз, когда он копошился в медицинском отделе, обследуя больных. Когда же он пробегал мимо, одаривала его воздушными поцелуями и провожала его пылким взглядом. Покраснев, как мальчишка, Антон предпочитал скрыться с поля боя, ругая себя за глупое поведение, испытываемое им при виде её озорной улыбки.
Было утро, около пяти, Антон, ранняя пташка, соскакивая с постели, он торопился в медицинский отдел. Давал нагоняй дежурным, проверял колбы, лекарственные препараты и исправность техники.
Огромный округлый корабль медленно кружил в галактике, ожидая ответ на посланный на землю сигнал. – «Пассажирский груз для дальнейшей реабилитации отправить на землю, состояние раненых, удовлетворительное».  Техника времени, где волей случая существовал Антон, была развитой, кораблю не состояло труда в несколько гиперпрыжков оказаться в галактике Земля, но приказ не сходить с орбиты по военному времени карался законом. «Полёт проходит нормально», - фиксировали датчики, в постоянно включенном приёмнике заговорил незнакомый, грубый и чуть присвистывающий голос.
- Мы уничтожили вашу планету! Сдавайтесь! Сопротивление бесполезно! Вы из тех немногих, которые выжили, подготовьте свои шлюзовые люки для стыковки.
- Земля уничтожена! - раздался голос паники.
- Молчать, не поддаваться панике! – крикнул капитан. - Попробуем вести переговоры, - Рекоп, сообщите Дмитрию и Григорию, пусть держат пушки наготове, предупредите команду, всем собраться в рубке капитана.
- Мы в ловушке, - шепнул капитан, - огромному лайнеру не уйти от обстрела, будем принимать бой.
- Насчет этого не может быть и речи! - крикнул капитан в приёмник.
- Вы сами себе подписали приговор! - прозвучал жужжащий металлический голос, шедший словно со всех сторон. – Мы завладели космосом, остались только вы, непокорная раса, но мы завладеем и вами!
Корабли начали взаимный обстрел. Приказ капитана – использовать всё оружие на корабле: и посильнее, и то, что послабее. Атаковать врага единым мощным залпом.
- Что там? – спросила Катя взволнованного Антона, спешившего в рубку капитана.
- Похоже, на нас напал вражеский корабль, капитан отдал приказ собраться в рубке управления кораблём. Будем атаковать, один залп – и всё, оружие у нас мощное. Сам капитан позаботился, сколько нам пришлось пережить. Так что без паники, - Антон поднял руку в жесте: «Спокойствие, только спокойствие» и направился к двери.
- Антон! – он обернулся, - корабль, что напал на нас, - на нём знак Лавании?
- Я в этом уверен. Война с Лаванией – не причина ли  действий?
- Так-то это так. Но когда я находилась на корабле «Навакий», на нас напал вовсе не Лаванийский корабль. Мы даже не успели выяснить, откуда пришла опасность, нападение было внезапным, гул, и наш корабль стал распадаться на кусочки, а затем появились они, фантомы – призраки. Их вой отдавался гулом в ушах, такой и протяжный и мерзкий, - вспоминала Катя, - они проносились над нами, множество застывших мёртвых лиц. Паника, кто-то плакал, взывал о помощи, кто-то давал им поглотить свою душу, а кто-то вставал в их ряды. Нас перевозили на Флакстор – колонию Земли, около трёх тысяч человек, пассажирский лайнер, охраняемый четырьмя военными кораблями, новейшие технологии, радары. Они пришли из ниоткуда и ушли в никуда, посеяв панику и хаос, разбросав тела на орбите.
Антон слушал внимательно, его взгляд становился суровым, рука сжималась в кулак.
Спасательному кораблю действительно пришлось курсировать по орбите и собирать тела. Первым делом спасали выживших, их привозили, шлюпка за шлюпкой, затем привозили тела и кремировали, война, не хватало ещё вдобавок и инфекций.
- Что же делать? – угрюмо спросил Антон.
- Не знаю, - пожала Катя плечами. - Если это они, то мы обречены, - с грустью сказала она.
«Завыли сирены, поднялся невыносимый гул, сердце наполнилось болью и тоской. Хотелось кричать громко, жаловаться на всё и на всех, только чтобы отпустило, полегчало… Боль, невыносимая боль, пронзающая всё тело, казалось, я сходил сума.
Сколько это продолжалось? Я молил, чтобы сознание покинуло меня. Я видел их, образы, человеческие души, без телес, скитальцы. Я вспомнил рассказы старого капитана о тёмной планете, о душах, находивших там приют. Но почему же они стали нападать на людей? Тёмная планета, она разрушена, - пришло мне в голову. Нехотя, одна из сторон стала тому причиной, ракеты, наводка время от времени давала сбой, и ракета поражала не ту цель. Мы расплачиваемся за свои ошибки. Я расслабился, отпустил ситуацию, ушёл в себя, не слышал ни криков, ни плача, ни стенаний, оказался в другом мире. Кругом цвели цветы и порхали бабочки, а от лугов шёл приторный аромат лета, свиристели насвистывали свои песни. Я расслабился, моё тело само потянулось туда, и я просто последовал его инстинкту».
Она стояла у окна и смотрела вдаль. Антон её видел только при лунном свете, фантом – душа Лебедевой Катерины. Катя не ушла, не встала в ряды фантомов, последовала за ним, своим сердцем. Ещё недавно её озорные глазки улыбались ему – жизнерадостная, при любых обстоятельствах. От неё всегда веяло жизнью, она подзадоривала всех, и поэтому вокруг неё всегда толпилось много друзей, одноклассников, сокурсников.
Антон очнулся на Флаксторе, в белой палате, больницу всегда можно узнать по запаху, каждый атом помещения пропитан лекарством, запахом боли, горечи, безысходности. Антон попытался приподняться, но тут же откинулся назад, стеная от острой боли, пронзившей его сердце.
К нему подбежала девушка-санитарка:
- Молодой человек, вы же доктор, что же вы делаете! Вам не следует вставать, - вопреки его сопротивлениям, она уложила его в постель.
- Позовите мне доктора! – взбунтовался Антон. Нащупав шрам в области сердца, он впал в еще большее неистовство, - позовите мне доктора, что вам стоит? Что вы сделали со мной?!
- Антон, это ты тут буянишь!? – к кровати подошел светловолосый мужчина лет тридцати пяти.
- Леонид, это ты? Только не говори, что мне пересадили чьё-то сердце.
Леонид был его однокурсником, вместе поступали в медицинский институт и вместе заканчивали его, защищали диплом – и вот…
- Как врач врачу: обманывать не буду. Твоё сердце пришлось выбросить за ненадобностью. М-да, жаль девчушку, ведь воздушный флот на неё имел большие виды, но она бы не выжила. Пришлось принимать решение, ты жив – и это главное. Ты нам ещё пригодишься, ведь война не окончена, и у нас новый враг.
- Девчушка. Воздушный флот. Катька Лебедева. Вы пересадили мне её сердце! - Антон покраснел от злости.
- Ну, ну, не кипятись, девушка все равно была мертва, ещё бы минуты – и мы не смогли бы спасти и тебя, - засунув руки в карманы и насвистывая приставучую мелодию, Леонид направился к двери.
Антон остался наедине с собой. Боль, с которой ему придётся жить всю жизнь и спасать жизни другим.
«Любовь… – это очень больно», - выводил Антон на запотевшем окне, - «боль, боль…»
Как жаль, а может, и нет, что она не проходит. Не лечит время раны, а всего лишь притупляет их. Шрамы на коже заживают, затягиваются, но сердце болит теперь за двоих. Я испытываю боль – значит, я ещё жив.

Тема: Фантомные боли.
Теме соответствует.
Условия:
1. Жанр: фантастика.

Космическая фантастика - это классика, так что тут в точку.
2. Тему надо понимать классически, а не в переносном смысле.
В начале боялся, что будет игра слов: от названия корабля "Фантом" и где-то припишут боль - но нет, сердце всё-таки пересадили, а это уже ближе к классическому пониманию словосочетания.
3. Юмор допускается – но лишь умеренно: это прежде всего драма (можно разбавить романтикой), а не комедия.
Драма и романтика. Гуд.
4. Произведение должно быть законченным – не отрывок из чего-то большего.
Произведение закончено.
История описана как надо. Читать интересно.

Из минусов: "Рекоп нёсся по коридору", - удивило, что в будущем бегают посыльные доставлять сообщения, хотя уже сейчас достаточно позвонить человеку на трубу - где бы он ни был, ответит.

+1

26

Еще тему давай!!!

0

27

Надо думать. Абы какую ведь тоже не дашь - нужна такая, чтобы за душу брала. А ты пока можешь над лит. играми помозговать - во многих из них твой черёд.
Кстати, ты тоже тему давай - ты тут не одна такая требовательная!  http://smayly.ru/gallery/kolobok/AllDarkSML/47.gif

0

28

Гость, а ты не хочешь дать задание? Условия делаешь какие хочешь и сколько хочешь.
А можешь выполнить те задания, что тут уже есть. Выше их пока два, но в будущем станет больше.

0

29

у меня сейчас в жубах пародия мотается. Потом.

А дать могу
http://tochek.net/style_emoticons/default/13c.gif

эээ. рассказ или стих про ежика и Ваську третьекласника  :yep:  чтобы  смешной был

+1

30

Тема: Лес, потерянных надежд.
Условия:
1.Жанр - Психологический триллер
2.Классика жанра.
3. Драма.
4. Произведение должно быть законченным.

+1

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»


Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс! Упс!


Вы здесь » Дом Старого Шляпа » Игровой стол » Задания