Уголь Российской империи и Первая империалистическая война.
Что такое уголь? Это одновременно логистика - паровозы и пароходы лучше всего топить углём, а не дровами; это одновременно и ценнейший химический ресурс для синтеза множества соединений, включая и взрывчатые вещества, это одновременно и металлургия. Не будет кокса - встанут доменные печи, не будет ни чугуна, ни стали. Основным поставщиком качественного угля до войны и во время её оставался Донецкий угольный бассейн, дававший до 70% и 83% от всей добычи Империи. Однако вот незадача и даже не одна… Мощные промышленные центры страны, которые потребляли донбасский уголь, находились далеко, и поставка продукции по железной дороге здорово добавляла рыночной стоимости. Так 1500 км до Петербурга давали конечную цену нашего угля в 12.8 рублей за тонну. А британский кардиф с учётом ввозных пошлин выходил в столице по 11 рублей за тонну. Надо ли говорить, что вплоть до 1914 года, когда жареный петух не победил невидимую руку рынка, невидимая рука однозначно голосовала за добротный английский уголь, а не за развитие собственной транспортной инфраструктуры и перестройку промышленности с расчётом на дальнюю перспективу. Какая перспектива - прибыль-то она здесь и сейчас! В итоге уголь таки пришлось таскать за полторы тысячи вёрст, сжигая в паровозных топках всё тот же уголь. Вскоре заметную часть перевозок стали переводить на дровяное отопление. Тепловое КПД дерева заметно ниже, чем у каменного угля, места дерево занимает больше. С одной стороны, это превратило топливные лесозаготовки и доставку дров в настоящий организационный ад, с другой - замедлило перевозки, а с третьей - привело к скачку цен на те самые дрова, что очень больно ударило по простому населению, которому жилось и так несладко.
Это незадача номер один. Теперь номер два.
К 1912 году большинство предприятий, разрабатывавших Донбасс, имели так называемую смешанную форму собственности. И 70% этой собственности находилась в руках иностранных инвесторов. Если говорить о добыче коксующихся углей, доля иностранных компаний доходила до 93.4%! По этому поводу изрядные исследования в описываемые времена предпринял Вениамин Самойлович Зив. Его книги Иностранные капиталы в русских акционерных компаниях, Иностранные капиталы в русской горнозаводской промышленности, Иностранные капиталы в русской нефтяной промышленности, Государственное банкротство и иностранные капиталы - настоятельно рекомендуем к прочтению. Так вот, что такое коксующийся уголь? Это единственное сырьё для производства кокса. А со времён первой плавки за авторством Абрахама Дарби II в 1735 году, каменноугольный кокс - главное топливо для питания больших доменных печей. Вдумайтесь, все предвоенные десятилетия более 90% мощностей по добыче одного из важнейших стратегических ресурсов находились в руках иностранцев. И астрономические прибыли, извлекаемые из крайне дешевого труда российских шахтёров, которые вообще не знали, что такое техника безопасности и охрана труда, утекали заграницу, вместо того чтобы питать что-то полезное у себя дома. Например, индустриализацию. Но нет.
Если кто-то думает, что топливный голод связан с шоковыми явлениями начала войны, то это ошибка.
Как отмечал известный экономист Л.Б. Кафенгауз (Эволюция промышленного производства России (последняя треть XIX в. – 30е годы XX в.). М.: Эпифания; 1994.):
«с первых месяцев войны над всей промышленностью нависла угроза в виде острого недостатка в топливе, – недостатка, который тянулся в течение целого десятилетия». Считается, что «угольный голод», как устойчивое состояние российского топливного хозяйства, начал свой отчет с 1908 г. Таким образом, предвоенный подъем экономики страны происходил на фоне дефицита угля... Большинство специалистов связывают «угольный голод» в России с деятельностью синдиката «Продуголь» («Общество для торговли минеральным топливом Донецкого бассейна»).
К.Жуков

Подпись автора

Фантастика