Замечательный он - только из чувства ностальгии. А ты взгляни на него не как советский гражданин - а объективно, со стороны.

Это пример пропаганды в кино. Уже в то время она работала против советского государства.

Вот сейчас пошли более правильные слова.
Но не настолько всё плохо, как писал до этого. Ненависти к советскому у людей - тем более не было.

Скорее даже - петрушки. Куклы манипуляторов.

Отредактировано Shteler (2026-03-24 14:54:40)

Подпись автора

Фантастика

Не в одночасье. Сочувствующие Николашке появились уже при Путине (здесь берём не пропагандистов, а обычных людей), а остальные - в конце 80-ых.

Это тоже пропаганда. Конечно, она была не только в кино.

Эти "все кому не лень" все как один были из окружения Горби. Были и рядовые пропагандисты - но кормились все из одного корыта. С Запада.

Да нет, ты ничего нового не сообщил. Просто поправляю там, где не совсем правильно пишешь.

Назови хоть парочку. Взять вот из моего окружения - ни одного такого нет. Может, его популярность - дутая?

Нет, мы не про перераспределение населения из деревни в город в процентах.
Вымирание совхозов, молокозаводов, больниц, детских садов, школ, даже почт, других учреждений - так, что теперь уже практически негде работать на селе... Всё это происходило до 91 года? Только предпосылки.
Все с беспокойством ждали - что же дальше будет? Но всё вышеперечисленное в деревне ещё было и работало.

Отредактировано Shteler (2026-03-25 16:00:58)

Подпись автора

Фантастика

"Беззубое кино", или расцвет культурного капитализма.
Если начать писать книгу по истории кинематографа, этот период можно было бы назвать "Эпоха беззубого кино".
Эпоха "беззубого кино" началась не тогда, когда Голливуд перестал говорить о боли, несправедливости или насилии системы, наоборот - она началась в тот момент, когда индустрия поняла, что всё это можно не замалчивать, а выгодно использовать. Как только протест стал стилем, радикальность - рекламным инструментом, а критика системы - частью самой системы, кино утратило способность по-настоящему ранить. Оно сохранило злую интонацию, мрачные темы и видимость смелости, оно не перестало быть социальным, оно перестало быть «опасным».
Это важная разница, ведь именно она определяет большую часть мейнстрима последних лет. Индустрия по-прежнему любит темы неравенства, травм, гнева, кризисов демократии, расовые и гендерные конфликты - но только в том виде, в каком ее можно превратить в кассовое событие.
Когда-то риск фильма заключался в самом содержании, теперь главный риск - финансовый.
Есть соблазн думать, что раньше мейнстрим был куда радикальнее, но, если присмотреться, по-настоящему "опасное" кино создавалось чаще на перифериях системы, а не в её центре. Иными словами: раньше индустрия тоже не любила радикальность, но сегодня она научилась её симулировать.
Поэтому современное кино всё чаще выбирает безопасную радикальность: много ясности на уровне интонации и почти никакой решимости на уровне вывода. Отсюда и главный жанр эпохи: конфликт без позиции.
Современные фильмы показывают, что мир сломан, что богатеи циничны, медиа продажны, элитам неведомы проблемы мирской жизни, а обычный человек унижен и зол. Но при этом они сознательно не обращают внимание на самое важное - кто виноват, как устроена система и где проходит линия выбора.
Именно поэтому такие фильмы, как "Джокер", производят впечатление сильного социального высказывания, но в итоге оставляют после себя почти стерильную пустоту.  Тодд Филлипс взял гнев, классовое унижение, разложение городской среды, психическое расщепление и упаковал это в эстетику отчуждения, а политическое содержание фильма остаётся нарочито расплывчатым.
Похожим образом работает "Не смотри наверх". Формально это едкая сатира на медиа, популизм и элитарную тупость, но по факту - фильм, который в основном льстит уже согласной с ним аудиторией. Не вскрывает систему, а "передает привет тем", кто и так считает себя морально правым, заодно превращая катастрофу в контент.
Фильм "Барби" - шедевр культурного мошенничества: озвучивает претензии к патриархату, потребительской культуре, женским ролям и самой индустрии образов, но, когда бренд направляет обвинение в собственный адрес, он обезвреживает сам себя, тем самым внедряя в критику маркетинг.
Это и есть сегодняшний идеал культурного капитализма: продать зрителю ощущение прозрения и одновременно укрепить товар, через который это прозрение было доставлено.
"Достать ножи. Стеклянная луковица" и "Меню" не без эстетического удовольствия рассказывают нам о том, как роскошь смешна, а власть вульгарна, "Чёрная пантера", "Битва за битвой", "Треугольник печали", "Эллизиум" и "Платформа", "Бегущий человек" - беззубая сатира, эффектные вертикальные аллегории, спасительный экшен, другими словами - аттракцион, где классовый конфликт лишь фон для эмоциональной драмы.
Современная индустрия освоила главный трюк времени: она продает зрителю образ собственной критики.
Она берет реальную боль, конфликт, общественный тупик и перерабатывает их в продукт с рекламной компанией.
Это не искусство, которое должно бы бить по нерву.
Это индустрия, которая научилась монетизировать сам нерв.
КиноБлок

Подпись автора

Фантастика

Безработным отказывают в пище, потому что им нечем платить за пищу, им отказывают в крове, потому что им нечем платить за квартиру. Чем и где они живут? Они живут скудными подачками с барского стола, раскапыванием мусорных ящиков, где они находят гнилые остатки пищи, живут в трущобах больших городов, а больше всего в лачужках за городом, наскоро выстроенных безработными из досок от ящиков и древесной коры. Но это не все. От безработицы страдают не только безработные. От нее страдают также имеющие работу рабочие. Страдают, так как наличие большого количества безработных создает для них неустойчивое положение на производстве, неуверенность в завтрашнем дне. Сегодня они работают на предприятии, но они не уверены, что, проснувшись завтра, не узнают, что они уже рассчитаны.
Иосиф Сталин

Уверенность в завтрашнем дне при капитализме невозможна, ибо невыгодна. Она появилась только в Советском Союзе.

Подпись автора

Фантастика

“…Когда возникли средства массовой информации, они овладели умами и начали управлять не только ложью, но и условными рефлексами. Ложь и условный рефлекс - это не одно и то же: ложь влияет на знание; условный рефлекс влияет на способность мыслить.  Быть дезинформированным - не то же самое, что потерять способность к мышлению, потому что они уже создали для тебя рефлексы: "Это плохо, это плохо; социализм это плохо, социализм это плохо", и все невежды, все бедные и все эксплуатируемые говорят: “социализм - это плохо", “коммунизм - это плохо", и все бедные, все эксплуатируемые и все неграмотные повторяют: "коммунизм - это плохо".
Откуда знать невежде, хорош или плох МВФ, о причинах роста процентных ставок, о том, что мир непрерывно порабощают и грабят тысячами методов этой системы?
Они не учат массы читать и писать, они тратят каждый год миллионы на рекламу; они тратят это на создание условных рефлексов, потому что один покупает Palmolive, другой Colgate, третий мыло Padlock, просто потому, что им сто раз об этом говорили, они ассоциировали это с красивой картинкой и сеяли это, вбивали это в мозги зрителей.  Те, кто так много говорит сегодня о промывании мозгов, на самом деле вырезают их, придают им форму, отнимают у человека способность думать; причём, если бы они хотели отнять способность думать только у тех, кто окончил университет и научился читать книги, это было бы не так страшно.
Что может прочитать неграмотный? Как он поймёт, что его обманывают? Как он узнает, что самая большая в мире ложь - это называть демократией эту правящую миром гнилую систему, установленную в большинстве стран, скопировавших эту модель?  Наносимый ими вред чудовищен…”
Ф. Кастро, 17 ноября 2005г.

Подпись автора

Фантастика